– Вы можете обыскать ее дом и найти спрятанные драгоценности! – предложила Лидия.
– Сударыня, я польщен той полнотой власти, которой вы, видимо, наделяете полицию в своем воображении, но обыски мы имеем право проводить только при наличии улик, а ваши умозаключения таковыми не являются.
– Но кое в чем Лидия Николаевна права, – поправил урядника Фальк. – Драгоценностей, насколько я понимаю, должно быть много. В карман не спрячешь и незаметно не вывезешь. И я, конечно, могу ошибаться, но вряд ли Екатерина Юрьевна нанимала ломовых извозчиков за последнюю неделю. А значит, если она все-таки нашла сокровища, то рано или поздно ей придется каким-то образом их переправить из Зеленого луга, чтобы избавить себя от подозрений…
– Каких подозрений, Василий Оттович, Бог с вами! – хохотнул Сидоров. – Кроме нас троих никто и мысли не допускает, что она как-то связана с убийством!
– Но, согласитесь, если она внезапно найдет несметные богатства – это будет довольно подозрительно! – встала на защиту доктора Лидия.
– Допустим! – скрепя сердце согласился урядник.
– В таком случае, \нам нужно просто установить слежку за ее домом и поймать ее в момент переправки драгоценностей! – предложил Фальк.
– Не уверен, что это все же будет считаться доказательством ее соучастия в убийстве, но… – Александр Петрович задумался. – Это даст повод заподозрить ее в том, что сокровища могли быть украдены. Даст повод надавить на Платонова, если жандармы, конечно, нас к нему пустят. Хм… А знаете, не самая плохая идея, господа!
– Решено! – хлопнул в ладони Василий Оттович. – Днем она явно не сможет проскользнуть незамеченной. Значит, попробует это сделать когда стемнеет. Будем дежурить с вами по очереди, ночь через ночь!
– Ночь через две! – решительно сказала Лидия. – Неужели вы думаете, что я дам исключить себя из такого увлекательного приключения?
– Во-первых, вас не отпустит матушка… – начал Фальк.
– Василий Оттович, вы правда думаете, что я никогда не сбегала по ночам из дома так, чтобы маменька не заметила? – с невинной улыбкой поинтересовалась Шевалдина. Доктор оставалось лишь машинально растянуть ворот рубашки, ставший внезапно слишком тугим.
– Во-вторых, Лидия Николаевна, мы ни в коем случае не отпустим вас дежурить ночью одну, – пришел на помощь Фальку урядник. – Зеленый луг, до недавних событий, был крайне безопасным местом, но в нынешних обстоятельствах это абсолютно исключено.
– Что ж, тогда одному из вас придется составить мне компанию, – не терпящим возражений тоном объявила девушка.
Фальк и Сидоров переглянулись.
– Сегодня увольте, Василий Оттович, – пожал плечами урядник. – Я и так дежурил прошлой ночью.
– Тогда придется мне, но после ужина в «Швейцарии», – решил доктор. – Если я там не появлюсь, меня не поймут.
– А, этот ваш дурацкий теннис, – закатила глаза Лидия. – Хорошо. Мама ложиться спать в девять. Дадим ей уснуть покрепче. Поэтому жду вашего условного сигнала за час до полуночи.
– Какого сигнала? – не понял Василий Оттович.
– Не знаю, придумайте. Вы когда-нибудь слышали, как кричит павлин? Верю, у вас получится. Очевидно, на госпожу Шкляревскую это подействовало, – Лидия развернулась и невозмутимо удалилась из дома урядника. Фальк проводил ее осоловелым взглядом. Сидоров лишь мстительно хихикнул.
– Да, и, кстати, обратите внимание на Шиманского, – решил повредничать в ответ Василий Оттович.
– А пшек-то здесь каким боком? – потерянно спросил урядник.
– Не знаю, каким, но сегодня утром он крайне удивился, увидев в руках у Лидии Николаевны другой экземпляр этой книги, – Фальк помахал перед собеседником синим томиком.
– Значит, он видел ее прежде, – мигом понял Сидоров.
– Именно. Вопрос – при каких обстоятельствах и когда.
– Это уже ни в какие ворота, – Александр Петрович выглядел так, словно готов был рвать на себе волосы. – У нас есть инженер, которым заинтересовались жандармы. Дамочка, у которой в подвале может быть закопан средневековый клад. А теперь еще поляк, неизвестно как с ними связанный. Василий Оттович, с каждой нашей новой встречей вы делаете ситуацию все запутаннее! Право слово – может, ну его к черту? – Сидоров с надеждой заглянул Фальку в глаза. – Бросьте вы это дело, а? Отдохните. Людей полечите. Пусть уж жандармы с питерскими следователями работают…
– Я бы рад, Александр Петрович, – честно ответил доктор. – Но каждый раз, когда я пытаюсь последовать вашему, безусловно мудрому, совету, происходит нечто, что затягивает меня еще глубже. Как зыбучие пески в пустыне – чем больше я трепыхаюсь, тем глубже увязаю. Мне начинает казаться, что даже если я просто закроюсь дома, то однажды в дверь постучит убийца с чистосердечным признанием!
– Э, нет, Василий Оттович, – помрачнел урядник. – Боюсь, что если убийца действительно постучит к вам в дверь, то явно не для того, чтобы сдаться. Верю в ваше благоразумие, но все-таки скажу – будьте очень осторожны. Что бы вы ни увидели сегодня ночью – не пытайтесь действовать самостоятельно. Сразу же ко мне! Обещаете?
– Обещаю! – кивнул Фальк, полностью настроенный сдержать свое слово.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Гостиница «Швейцария» выгодно располагалась на одном из прибрежных холмов в непосредственной близости от променада. Несмотря на то, что само здание скрывалось за деревнями, его владелец, Виктор Львович Козлов, сделал так, чтобы пройти мимо и не заметить его заведение было невозможно. От классического проселочного тракта внезапно отходила приличная булыжная дорога. Она, в свою очередь, огибала гранитный фонтан – без лишних украшений, но уже привлекающий внимание в такой глуши. Далее следовали ворота, с обязательными львами по сторонам, за которыми открывалась широкая площадка с видом на пруд и звонкий ручей, перегороженный декоративными плотинами. Здесь гостям предлагалось выйти из своих экипажей (или, чем черт не шутит, из редких и невероятно дорогих, но получающих все больше распространение автомобилей), пересечь изящный мост и оказаться перед скромным, но солидным деревянным домом в классическом стиле – с колоннами, большим полукруглым окном на втором этаже и уходящими в лес крыльями. «Швейцария» не зря почиталась жемчужиной Зеленого луга. Гостинице и ее ресторану доводилось принимать самых высоких гостей – не Государя, конечно, но премьер-министр и один из великих князей останавливались у Козлова проездом.
Виктор Львович встречал гостей стоя на балконе над главным крыльцом с бокалом шампанского в руке. Сей сосуд смотрелся комически миниатюрным в сравнении с Козловым – двухметровым гигантом с рельефной мускулатурой, которую скрывал идеально пошитый вечерний костюм. Узрев идущего по мосту Фалька, хозяин гостиницы радостно вскричал на весь двор:
– Василий Оттович, герой дня собственной персоной! Никогда не задумывались об участии в каком-нибудь столичном турнире? А то оккупировавшие первые места британцы всем уже порядком надоели!
– Может быть, когда-нибудь, Виктор Львович, – скромно откликнулся доктор. На самом деле, он тешил себя надеждой однажды попробовать свои силы на открытых чемпионатах Петербурга, но опасение выставить себя полным дураком не позволяло ему этого сделать.
– Ну и ладно! Поднимайтесь в ресторан, сегодня будем пить за ваше здоровье, словно вы – Артур Макферсон!13
– Извините, господа, я имею честь быть лично знакомым с Августом Давыдовичем, и поверьте, внешне он больше напоминает меня, – раздался веселый голос за спиной Фалька.
Мост пересекал Вансовский, на этот раз в сопровождении своего сумрачного компаньона Мельникова. Их долговязый кучер остался сторожить экипаж на площадке за воротами.
– Это комплимент, если что – наш Василий Оттович просто античное божество в сравнении с Макферсоном, – продолжил Федор Романович. – Добрый вечер, доктор. Добрый вечер, Виктор Львович. Еще раз покорнейше благодарю за приглашение и рад шансу наконец увидеть вашу «Швейцарию», о которой уже слышал столько хорошего. Впечатлен, впечатлен!