Второй телефон Яна Ландау подавал сигналы из этой точки. Он должен был быть где-то здесь, в радиусе километра.
Йенс позвонил руководителю группы быстрого реагирования и сообщил координаты. Он мог бы сделать это и раньше, к тому же, строго говоря, ему полагалось согласовать нынешнюю операцию с руководством местной полиции, но официальные пути и правила сейчас интересовали его меньше всего. Плевал он на них. Похитив Бекку, Ландау зашел слишком далеко и стал для комиссара Кернера не просто преступником, но личным врагом. Он, Йенс, уладит все сам до прибытия спецотряда. И в соответствии со своими представлениями о справедливости.
Комиссар еще раз посветил ручкой-фонариком на карту местности, купленную по пути сюда на заправке. Карта была достаточно точная и отображала имеющиеся здесь здания. Где-то там, впереди, в темноте, вдалеке от остальной застройки стоял большой дом. Такое расположение идеально подходило для того, чтобы подолгу удерживать людей в плену.
Кернер вышел из машины, ощущая неприятный холодок в животе и в то же время дикую решимость. Достал пистолет, проверил, снял с предохранителя. Руки были спокойные, не дрожали. Сегодня Йенсу будет нетрудно пустить оружие в ход. Что бы ни произошло, пускай Ян Ландау благодарит за это самого себя.
Не включая фонарь, Йенс стал спускаться с холма по засыпанной щебнем лесной дороге. Даже в темноте на ней виднелись следы от шин. Кроме них, он различал только стволы буков, тянувшиеся справа и слева от него. Густой черный лес казался бесконечным.
Ландау, надо полагать, очень уверенно чувствовал себя в своем убежище. Почему он выбрал именно это место – по личной причине или случайно, – Йенс не знал, да это сейчас и не играло решающей роли. Важно было только одно – освободить Ребекку целой и невредимой. Ну и Виолу Май, разумеется, тоже, если еще не поздно.
В том, что Бекка жива, Йенс почти не сомневался. За такое время Ландау просто не успел бы ничего с ней сделать. Кернер снова и снова прокручивал в голове вечерние события: когда они с Рольфом и Кариной пасли Мальте Кёпке, Ландау схватил Ребекку и вместе с ней отправился к Шнайдерам. Пока он допытывался у них, идет ли Йенс по его следам, Бекка, вероятно, сидела в кузове грузовика.
Может быть, Ландау надеялся выудить у нее какие-то сведения, но в таком случае он похитил не того человека. Как бы ни была испугана Ребекка, она сумеет дать ему отпор. Представив себе эту картину, Йенс даже слегка улыбнулся.
Преступник считал себя неприкосновенным – эта огромная ошибка должна была стать для него последней.
При слабом свете ночного неба сквозь стволы буков показался угол массивного дома. Из каменного фундамента метровой высоты вырастали оштукатуренные стены. Фасад, обращенный к дороге, был сверху донизу облицован сланцевыми плитками и выглядел зловеще. Свет нигде не горел.
Не нуждаясь в прикрытии, Йенс подошел к зданию со стороны, выходящей окнами на склон холма. Здесь, на большой мощеной площадке, темнели кучи песка и щебня, штабеля строительного камня. Тут же стоял грузовик-доставщик – «Форд Транзит» с гамбургскими номерами.
Это развеяло последние сомнения. Ян Ландау здесь!
Только теперь Йенс в полной мере оценил размеры здания. Оно было трехэтажное, метров восемь в ширину и метров тридцать в длину, с высокой двускатной сланцевой крышей, из которой выступали слуховые окна. Дом стоял так близко к крутому склону, что с одной стороны почти сливался с горой. Йенс обнаружил несколько входных дверей и даже двустворчатые ворота в подвальный этаж.
Одни части здания казались только что отреставрированными, другие выдавали почтенный возраст – больше сотни лет. Неужели Ян Ландау делал такой ремонт своими руками? Не мог же он пригласить строителей туда, где силой удерживал Ким и, вероятно, других девушек тоже? Где сейчас Беатрикс Грисбек? Где Мелли Беккер? Сандру Дойтер, дочь массажистки из санатория, Йенс не включил в список возможных жертв Яна Ландау – ведь Ребекка сказала, что это совсем другая история…
Взгляд на часы: до прибытия группы быстрого реагирования оставалось около получаса. Чтобы успеть все провернуть самому, нужно поторопиться.
3
Он зашел за кресло Ребекки и набросил ей на шею грубую веревку. Она вскинула руки, но не успела ему помешать. Веревка, которую он скручивал сзади, все сильнее давила на горло и кровеносные сосуды. Ребекка начала задыхаться. Ее попытки расцарапать ему лицо оказались совершенно беспомощными. Руки становились все тяжелее, в глазах почернело.
Эти слова без конца крутились в голове Ребекки, и она цеплялась за них, борясь с нарастающим бессилием. Все сливалось. Мысли, чувства, боли и желания кружились в водовороте, который неумолимо ускорялся, затягивая жизнь в черную дыру.
Ребекка услышала шум. Что-то загрохотало – то ли внутри ее, то ли снаружи. Она уже была ближе к смерти, чем к жизни, и поэтому не сразу заметила, что давление веревки на горло ослабло и воздух снова начал поступать в легкие.
4
Он мгновенно понял, что шум доносится из подземного гаража. Кто-то проник в дом, вернее, даже вломился, причем именно в тот момент, когда он убирал с дороги эту калеку-полицейскую, оказавшуюся для него очередным разочарованием…
Ничего, ее смерть подождет. На инвалидном кресле далеко не убежишь. Сначала нужно разобраться с этой непредвиденной проблемой. Любой, кто нарушит границы его мира, войдет в его святая святых, пожалеет об этом. Как тот бродяга, который недавно нашел последнее пристанище в сточной яме.
Вооружившись ломом с наконечником в виде когтя, он вышел в коридор, ведущий к подземному гаражу, из-за двери которого раздавался шум. Судя по всему, незваный гость обшаривал машину.
Можно было бы зайти в кабинет и посмотреть по камерам, кто проник в дом, но в конечном счете это не имело значения. Тот верзила-полицейский со свирепой физиономией, Йенс Кернер, никак не мог оказаться поблизости.
Раньше, до ремонта, в дом периодически пробирались типы, которых хлебом не корми – дай им что-нибудь разрушить. Когда он поставил новые окна и двери, набеги вандалов прекратились, но он понимал, что рано или поздно они опять его побеспокоят.
И надо же было выбрать такой неподходящий момент! Он почувствовал, как в нем закипает ярость, которую он не сможет сдержать.
Распределительная коробка этой части здания находилась здесь, в коридоре, в нише. Он открыл металлическую дверцу и опустил рычаг главного выключателя. В коридоре стало темно, а значит, и в гараже тоже.
Ни секунды не раздумывая, он неслышно вошел туда. Присутствие непрошеного гостя почувствовалось сразу. В воздухе пахло опасностью и агрессией. Зажегся карманный фонарик, но узкая полоска света упала не на вошедшего, а в другую сторону, на одну из переполненных полок. Человек, державший фонарь, стоял к нему спиной. Кто это был, он разобрать не мог.
Приблизившись к незнакомцу тремя быстрыми шагами, он замахнулся ломом. В этот момент мужчина обернулся и ослепил его, направив свет прямо ему в лицо. Удар пришелся не на голову, а на руку. Раненый закричал от боли и выронил фонарь. Тонкая полоска света протянулась по полу и исчезла под машиной.
В полутьме было видно, как незнакомец упал на колени и, прижимая поврежденную руку к корпусу, шарит по полу здоровой рукой, пытаясь что-то найти.
Второй удар попал в цель. Когда железо вошло в твердую кость, его самого так тряхнуло, что он чуть не выронил свое орудие. Пришлось взяться за рукоятку покрепче, чтобы вынуть острие из черепа и ударить еще раз. Раздался тошнотворный хруст, кровь потекла на пол. Незнакомец издал гортанный звук и упал, но сознания не потерял. Только после третьего удара, расколовшего голову, мужчина повернулся на бок и больше не двигался.
Теперь можно было увидеть, что этот человек пытался отыскать на полу. Возле трупа лежал полуавтоматический пистолет.
Черт! Значит, это все-таки полицейский!
5
Кровь, обогащенная кислородом, медленно прилила к мозгу Ребекки, и, как только к ней вернулась способность сколько-нибудь связно мыслить, она подумала: надо действовать, нельзя терять ни секунды! Сейчас что-то помешало преступнику ее убить. Чем или кем бы это ни было, оно вряд ли окажет ей такую же услугу во второй раз. Как только он вернется, все пропало. Значит, надо каким-то образом выбраться отсюда.
Сдавленное горло страшно болело, но Ребекке было не до этого. Она схватилась за колеса своего Ивара и поехала к двери, стараясь объезжать волосы, слипшиеся от засохшей крови. Чьи они были? Виолы? Скорее всего… Тем не менее Ребекка верила, что девушка еще жива. Бледную женщину, Ким Ландау, тоже нашли с обритой головой, но она пробыла в плену целых четыре года.
Комната оказалась незапертой. Ребекка выехала в темный коридор. Из-под двери в дальнем конце просачивался слабый свет и доносился шум. Значит, ехать надо было не туда, а оттуда.
Что ждет ее в другом конце длинного голого неосвещенного коридора, Ребекка не видела. Она двигалась наугад, пока не обнаружила еще одну дверь, тоже незапертую. Доводчик был тугой, так что пришлось напрячь все силы, чтобы проникнуть внутрь. Когда приоткрытая дверь снова захлопнулась, в комнате стало совершенно темно. Ребекка ощупала замок в надежде найти ключ, но его не оказалось.