Вот как подытожил пройденный чекистами путь замечательный человек, доктор юридических наук полковник Пётр Стратонович Коршиков, который своими научными результатами внес существенный вклад в чекистскую науку, но при этом остался скромным, порядочным, отзывчивым и бескорыстным человеком:

– Пётр Стратонович, как Вы оцениваете свою жизнь, проработав в органах безопасности более 30 лет?

– По большому счету, как бесполезно прожитое время. И это прежде всего связано с тем, что все как-то вдруг без нашей воли, без нашего участия переменилось. Исчезли те ценности, которые определяли смысл нашей жизни и работы в органах госбезопасности, а на их месте ничего достойного, судьбоносного не появилось. Русский народ деградирует и вымирает.

– Можно ли предотвратить эту историческую трагедию?

– Думаю, что еще можно. Осознать общенациональную российскую идею, например, социализм или что-то другое, приуменьшить авторитет материального и возвысить роль духовного фактора в обществе. Я убежден, что идеи социализма не изжили себя, они неистребимы, т. к. стремление к добру и справедливости исходит из самой человеческой сущности. Особенно неприемлем олигархический разгул в стране.

Когда в наши дни сталкиваешься с утверждениями некоторых доморощенных историков и писателей о том, что Андропов создал Международный институт прикладного системного анализа (МИПСА) в Вене и его филиал ВНИИСИ в Москве, который использовал как некий мозговой центр для реформирования системы управления обществом, то следует заметить, что у Андропова, как и у Сталина, было достаточно своих возможностей для выработки важнейших стратегических решений, а все открытые исследовательские организации играли при этом лишь вспомогательную роль. Например, одним из таких «мозговых центров» Андропова руководил генерал-полковник Виталий Федотович Никитченко – в 1954–1970 годах председатель КГБ Украины, а затем начальник Высшей школы КГБ СССР. Когда он вышел в отставку, по распоряжению Андропова за Никитченко сохранили отдельный кабинет для продолжения исследований в области теории разведывательной борьбы. Как пишет мой отец, «с подачи Виталия Федотовича мы: В.А. Семенов, В.Г. Шолохов и я организовали группу “мозгового штурма” по обсуждению актуальных вопросов контрразведки. Собирались примерно раз в две недели на квартире В.Ф. Никитченко и бурно дискутировали. Жена Виталия Федотовича, Елизавета Степановна, поила нас чаем… Все мы испытывали душевное удовлетворение от наших встреч… Никто из нас тогда не чувствовал себя ни выше, ни ниже, все строилось на уважении друг друга. Размышляя над сложными вопросами общественной жизни, Виталий Федотович постоянно обращался к трудам К. Маркса и В. Ленина. Он говорил, что более привлекательной идеи социализма и коммунизма для общества он не видит. В.Ф. Никитченко был человеком душевным, мягким, и это воспринималось некоторыми как недостаток характера. На самом деле это был стиль его руководства. Его требовательность всегда сочеталась с уважением к конкретному человеку, без “стали” в голосе, в форме просьбы. Однако повторять одну и ту же просьбу к подчиненным генерал-полковник не любил. И это многие почувствовали в Высшей школе КГБ СССР… За годы службы мне приходилось встречаться и видеть стиль работы многих руководителей КГБ, МБ, ФСБ. Смею утверждать, что более умного, корректного, интеллигентного руководителя подобного ранга, чем В.Ф. Никитченко, я не знал. По масштабности мышления, по силе предвидения, да и по трагичности судьбы его можно сравнивать лишь с Ю.В. Андроповым, с которым он продолжительное время находился в отношениях хорошего взаимопонимания. Он верил в “звезду” Андропова, верил ему лично».