Благодарю вас за известные строки. Может быть, придется вам скоро сказать еще несколько слов об том же человеке, и вы, конечно, скажете не общие места, а общие мысли. Этому человеку, кажется, суждено было быть примером не угнетения, против которого восстают люди, а того, которое они сносят с каким-то трогательным умилением и которое, если не ошибаюсь, по этому самому гораздо пагубнее первого. Не примите этого за общее место. Может быть, дурно выразился.

Мне, вероятно, недолго остается быть земным свидетелем дел человеческих; но, веруя искренно в мир загробный, уверен, что мне и оттуда можно будет любить вас так же, как теперь люблю, и смотреть на вас с тою же любовью, с которою теперь смотрю. Простите.

1852

М. П. Погодину

Сделайте одолжение, Милостивый Государь Михайло Петрович, скажите мне, где мне найти г. Кокорева? Прочитав в «Москвитянине» его Саввушку, я сейчас решился отыскать его, но по сю пору не мог попасть на его след, хотя многие и сказывали мне, что знают его. Видно, эти господа не принадлежат ни к тому кругу, где он живет, ни к тому, где его умеют ценить. Что касается до меня, то вижу в нем необыкновенно даровитого человека, которому нужно только стать повыше, чтоб видеть побольше. Я не люблю дагерротипных изображений ни в искусстве, ни в литературе, но здесь верность истинно художественная, что нужды, что фламандская. Нынче, знаю, иного требуют от писателя.

Тот, кто написал эти строки в заключение других, мною ему внушенных, конечно, и в этом случае разделил бы мое мнение.

В ожидании милостивого вашего уведомления прошу вас принять повторение моей давнишней преданности.Петр Чаадаев.

Извините, что забыл поздравить вас с тем, что вам наконец удалось передать в вечное потомственное владение науки ваше драгоценное собрание.

1852–1854

Кузине

Не понимаю, дорогой друг, как вы могли усмотреть из документа, о котором идет речь, что мое дело безнадежно, и как у вас хватило храбрости бросить мне в лицо этот приговор, столь мало согласный с решением Сената. Не будучи ни юрисконсультом, ни сутягой по профессии, я все же уверен, что вы глубоко ошибаетесь и что решение Общего Собрания несомненно будет утверждено советом, тем более, что министр в своем заключении всецело становится на нашу сторону. Разность взглядов департамента и Общего Собрания на некоторые побочные обстоятельства, не представляющие важности, является единственной причиной того, что дело перешло в Совет, и по существу дела это не более, как простая формальность. Вам, впрочем, известен взгляд Пинского на это дело. Тем не менее ваша опытность в ведении тяжб не позволяет мне оставить ваше личное мнение без внимания, и я очень желал бы поближе ознакомиться с ним. Итак, постарайтесь, прошу вас, повидаться со мною тем или другим способом. Что касается до суммы, которую мы ищем, то не знаю, что вам сказать, разве, что мне ничего не остается делать, как только продать свои книги и последнее свое достояние.