Кн. Н. Д. Шаховской

Благоволите, дорогой друг, послать мемуары Булгарина Кн. Петру Долгорукому, на Пречистенке, близ Депо. Я слышал, что у вас новые беспокойства по поводу Ивана. Перфилев говорил мне вчера, что надо было написать Орлову. Это я думал с самого начала. Позвольте предложить вам мое бедное перо, имеющее иногда успех. Во всяком случае, прошу вас высказать ваше мнение об этом. Мы будем иметь случай поговорить с вами об этом во вторник у Лизы, но предварительно мне хотелось бы немножко побеседовать с вами по этому поводу. Будьте здоровы. Я очень нездоров, а Сокологорский меня покидает.

Кн. Н. Д. Шаховской

Благодарю вас, дорогой друг, за ваши сообщения. Я особенно благодарен вам за то, что вы уведомили меня о приезде Ивана. Будьте уверены, что я счастлив вашим счастьем, а также счастьем нашего юноши, которого я любил, как вам известно, с самого детства. Я чуть не задохнулся в этих банях у Каменного моста и не мог ими воспользоваться. Попробую сегодня другие в Сокольниках, а затем сделаю все, что могу, для того, чтобы вас увидать. – Мне все хуже и хуже. – Жара меня доканает. Примите мои пожелания, чтобы все встающие вокруг вас очаровательные надежды сбылись, – говорят, что Провидение охотно снисходит на мольбы умирающих.

Муравьева, кн. Мещерская и Орлова просят передать Лизе по ее прибытии, что они дружески вспоминают о ней.

Кузине

Мне очень было жаль, дорогая кузина, что нам не пришлось повидаться в день апостола: я привык с вами встречаться в этот день. Еще более был я огорчен, узнав, что вы больны, и извиняюсь, что не приехал справиться о состояли вашего здоровья. Не знаю, смогу ли я приехать к вам сегодня и, приехав, застану ли вас; прошу вас поэтому не отказать уведомить Щербинину о том, что я желал бы как можно скорее получить обратно свои несчастные бумаги. Бесполезно сообщать ей причину этого, но я очень прошу ее не думать больше о копии и возвратить мне их, как он есть. Она сама предложила мне свою помощь, и я прошу у нее извинения за то, что злоупотреблял ее любезностью. Льщу себя надеждой, что вы ничего не можете сообщить мне, кроме хорошего, о моей кузине и о вашем сыне.

На днях я позволил себе направить к вам бедную деревенскую попадью, пришедшую от тетушкиного священника, которую обокрали в богадельне, где она призревается; но она не добилась доступа к вам; я пожалел об этом, тем более что ей довольно было бы самой маленькой помощи, и я думал, что моего имени будет достаточно, чтобы открыть ей ваши двери, если не ваш кошелек.