«Считаю недопустимым следующее…»

«Считаю недопустимым следующее…»

Утром 26 ноября подполковник Локтев доложил об инциденте в штаб дивизии, а оттуда донесение незамедлительно отправилось в высшие инстанции. В 11:00 штаб 2-й БелФ получил из ЗА доклад об успехе немцев. К этому времени в 5 сд уже выехал начальник разведки армии для проведения расследования. Понимая, что за этот случай по головке не погладят, комдив генерал-майор Михалицын уже вовсю разбирался со своими подчиненными.

Командир 5 стрелковой дивизии генерал Михалицын

В 17:10 того же дня штаб 40 ск получил внеочередное донесение Михалицына о результатах проведенного им расследования по факту захвата в плен Истомина и Редько. Проверка установила, что 23–25 ноября засада вела огонь с места, чем себя и обнаружила. Не имея другой связи, Истомин мог вступать в контакт с передовой траншеей полка только зрительным и голосовым способом. Михалицын назвал три главные причины захвата автоматчиков:

«1. Выставленная засада не была ограждена проволочным и минным заграждением и, находясь на одном и том же месте в период с 22 по 26.11.44 г. и ведя огонь из ручного пулемета, обнаружила себя.

2. Слабый контроль в ночное время со стороны командиров: взвода, роты и батальона привел к потере бдительности личного состава засады.

3. Наличие скрытого подступа к сараю, траншеи, проходящие вдоль шоссейных дорог Млынаже-Селюнь, ночного покрова позволили противнику подобраться незамеченным»[303].

Главными виновниками происшествия комдив считал командира 1 взвода 4 ср 2 сб лейтенанта Морозова, командира 4 ср капитана Балабанова и командира 2 сб старшего лейтенанта Шапошникова. В результате «за потерю бдительности и неправильное использование засады на одном и том же месте в течение 4 суток» Морозов получил 10 суток домашнего ареста с удержанием 50 % денежного довольствия за каждые сутки. Балабанова сняли с должности, назначив командиром взвода. В отношении комбата Шапошникова комдив ходатайствовал о снятии его с должности и назначении командиром роты [304].