Все 227 генералов и адмиралов-евреев — и маршал! — в этой войне показали высокие образцы военного мастерства, делали все возможное и невозможное для того, чтобы обеспечить разгром фашистов. Можно с гордостью заявить: еврейские военачальники, еврейские полководцы в рядах советских вооруженных сил не уронили боевой чести своего еврейского имени, не уронили военной славы своего многострадального, но мужественного и доблестного народа-борца.

Они полной мерой воздали палачам, убийцам, истребителям своих братьев и сестер, отцов и матерей. Они били немцев и их разномастных холуев, применяя все быстродействие, мобильность и мощь лучших природных компьютеров — закаленных тысячелетиями испытаний еврейских мозгов. Они сражались со всей неколебимостью векового еврейского мужества, с беспощадностью кровных мстителей, с отвагой и самопожертвованием идейных врагов, ненавидящих палачей Израиля.

Не знаю, верили ли эти военачальники в Бога, но думаю, уверен я в том, что тысячелетний клич народа нашего — СЛУШАЙ, ИЗРАИЛЬ! — был в их сердцах, звенел в ушах, когда вели они в бой свои полки, дивизии, корпуса и армии. Нет, не зря присвоены эти сотни генеральских званий, не зря заблистали на мундирах евреев полководческие ордена, не зря множились на погонах генеральские звезды! Нам, евреям, ничего не достается просто так, зазря! Нам, евреям, почести и награды, отличия и посты достаются только за дело, стократ тяжелее, чем кому бы то ни было.

Но было то в войну, когда кровь и смерть все же хоть как-то нивелировали различие в нациях и на первый план выходили способности, умение и мужество.

Однако минул час, закончилась военная страда. Какова же дальнейшая судьба генералов-евреев, как сложилась их служба? Не можем мы проследить судьбу и службу десятков тысяч офицеров-евреев, так хоть попробуем сделать это относительно генералов наших.

Как и следовало ожидать, в отношении их немедленно стал действовать вековой принцип: еврей сделал свое дело, еврей должен уходить. Такое проявление черной неблагодарности не должно удивлять, оно типично по отношению к евреям. Я уже упоминал о негласной директиве Сталина: не представлять к высоким наградам и не назначать на высокие посты военачальников-евреев. Отдана эта директива была в конце 1943 года, когда советские войска перешли в общее наступление. Ценою страшных потерь, в немалой мере — усилиями воинов-евреев, было выиграно время, новые командиры получили боевой опыт, и нужда в военачальниках-евреях потеряла свою остроту.

И вот мы уже не видим их с этого времени в должностях начальников штабов фронтов, они больше не становятся и командармами и комкорами, все меньше евреев-комдивов, гибнут и выходят из строя командиры бригад и полков. Так что во второй, победной, части войны на ключевых постах остаются только те, кто занимал их прежде, новые евреи не выдвигаются. К примеру, уж на что умело и доблестно воевал генерал Кривошеин, а как был в начале войны командиром корпуса, так и закончил ее на том же посту. И здесь возобладал привычный стереотип государственного антисемитизма, его армейская разновидность.