Участие вексилляций африканских легионов в кампании, между прочим, говорит о том, что поход готовился Каракаллой задолго до его начала. Вряд ли организация и переправа вексилляций в Европу с предварительной доставкой приказа заняли бы меньше месяца, да ещё по Европе марш в Германию занял бы время.

Да ещё прибыли мавританские и осроенские нумерус, сыгравшие важную роль в кампании. Из последних мы знаем equites primi Osrhroeni, equites Promoti indigenae и equites sagittarii indigenae, называемые позднеримской Notitia Dignitatum. Их создание и переброска тоже требовали времени.

Вполне вероятно, даже если источники не упоминают об этом, что Каракалла намеревался провести операцию против северных германских племен совместно с флотом, ранее использовавшимся во время британской кампании. Кроме того, ему были нужны припасы и корабли для переправы через реки.

Возможно, что боевые действия в Европе начались вообще в Нижней Паннонии. Считается, что там отличился легат Гай Юлий Септимий Кастин. В результате его победоносной кампании в Паннонии несколько частей получили почетное звание «Антониниана».

Сивенне предполагает, что причиной вторжения варваров в Нижнюю Паннонию было то, что Каракалла ещё в 212 году начал сосредоточивать свои силы в Верхней Германии и Реции, для чего перебросил туда часть войск из Паннонии, Дакии и Мёзии. Результатом было то, что оборона была ослаблена, чем воспользовались вандалы и карпы, которые атаковали Нижнюю Паннонию и Дакию Поролисскую в 212 году. Сивенне пишет, что Кастин разбил нападавших в конце 212 или начале 213 года. В 213 году атаку повторили сарматы или вандалы. Сивенне считает, что квады пропустили налётчиков через свои земли, чтобы избежать боевых действий, или они, возможно, встали на сторону врагов (точка зрения, например, Фитца). В отличие от квадов, маркоманны, похоже, встали на сторону римлян, потому что они не были наказаны позже.

Об этих военных действиях мы ничего не знаем. Однако же, императору пришлось лично отправиться на Средний Дунай прямо перед началом своей главной кампании в Германии. По мнению Сивенне, именно тогда Каракалла продемонстрировал свою отмеченную современниками быстроту, проезжая около 150 км в день (Dio 78.11.3), чтобы достичь границы Паннонии за шесть-семь дней. Только зачем ему было так спешить, если Кастин справлялся, а армия самого Каракаллы с такой скоростью за ним всё равно не поспела бы? Сам же Сивенне пишет, что, если бы Каракалла взял с собой регулярную кавалерию и пехоту, кавалерии потребовалось бы от тринадцати до четырнадцати дней, чтобы доскакать из Могонциака к месту боевых действий в условиях, когда каждый всадник имел по крайней мере одну запасную лошадь. Пехоте же форсированными маршами потребовалось бы двадцать пять — тридцать дней. Скорее всего, Каракалла спешил принять участие в победных мероприятиях или подписании мира. Тогда армия ему была не нужна, и он мог мчаться с любой скоростью.