Выступивший сотник Б. Гнатевич от имени заграничного штаба Верховной Команды УВО, а именно от коменданта полковника Е. Коновальца, предложил приступить к немедленной перестройке организации, развернув мероприятия по мобилизации в УВО всех бывших воинов УГА, УСС и СС.

При этом оговорив, что каждый вступающий в ряды УВО должен быть проверен, чтобы не допустить проникновение в организацию лиц, симпатизирующих полякам или большевикам. В конце он заявил, что остаётся в Галиции для связи между заграничным штабом и краевой командой.

В свою очередь Д. Палиев ещё раз акцентировал внимание, что в этом вопросе Великобритания выступает неким гарантом взятых на себя обязательств со стороны ПУН, УВО и Польши и, если, и дальше не будет принято решение о формировании украинского военного легион все надежды на возрождение Украины будут вновь отодвинуты на неопределённый срок. По результатам совещания было принято решение о рассмотрении данного вопроса на планируемом конгрессе украинских националистов 1 сентября 1928 года.[304]

Судя по дальнейшим событиям, часть членов краевой команды отказались идти на соглашение с поляками даже при наличии британских гарантий так как посчитали, что данное предложение является открытым предательством идеи борьбы с оккупантами Гали́ции и оно не найдёт понимания и поддержки среди населения Края. В подтверждение этому 20 июля члены УВО Скицкий и Мурош, по указанию Р. Сушко, осуществили попытку ограбления одного из почтовых отделений г. Львова и похитить 49 400 злотых. Однако, в спешке не смогли отыскать ключ от сейфа, который висел на шее у одной из сотрудниц, и покинули место происшествия. Та, в свою очередь, с присталвенным к виску стволом пистолета – впла в ступор и от страха потеряла дар речи, чем и сохранила казённые деньги.[305]

В ответ на очередное преступление УВО пресса Польши разразилась очередным приступом обвинений в адрес Германии, приютившей на своей территории украинских террористов и грабителей. В общую антиукраинскую кампанию подключились и судебные органы. 25 июля в окружном суде Львова был вынесен смертный приговор членам УВО Ордынцу и Плахтыне, обвинённых в вооружённом нападении на почту.

28 июля 1928 года, в связи с осуждением участников нападения на почту на ул. Глубокой во Львове, некоторые представители государственных политических и судебных инстанций страны получили так называемые «коммуникаты» (обращения) краевой команды УВО. В этом документе утверждалось, что обвиняемые совершили нападение по указанию организации и не только в целях получения материальных средств для подготовки революции, но и для подрыва функционирования польского государства и поэтому в случае вынесения смертных приговоров – УВО ответит индивидуальным террором против ответственных лиц государства. Возможно – это обращение возымело действие, и президент страны заменил смертную казнь приговорённым на длительное тюремное заключение.[306]