После похорон тысячи поляков прошли по улицам Варшавы с транспарантами «Солидарности». Запрещенный и, казалось, уничтоженный властями профсоюз показал, что он жив и что народ верит «Солидарности». Полиция не вмешивалась. Это было начало конца социалистического режима.

Собор Святого Станислава, в котором служил когда-то ксендз Ежи Попелюшко, стоит на площади имени американского президента Вудро Вильсона. Еще недавно площадь носила имя Парижской Коммуны. Возле костела памятник самому Попелюшко, сбоку — трогательная скульптура, изображающая детей, участвовавших в 1944 году в Варшавском восстании. Вдоль всей стены костела установлены мемориальные плиты с названиями тех мест, где полвека назад убивали поляков — от концлагеря Майданек до Катынского леса. Убитый ксендз Ежи Попелюшко остается символом борьбы с коммунистическим режимом. У памятника Попелюшко лежат живые цветы и горят свечи.

Это политическое убийство привело к тому, чего его организаторы больше всего хотели избежать, — к крушению социализма. Так оно чаще всего и бывает, когда спецслужбы берутся не за свое дело. И эта история особенно поучительна для потенциальных исполнителей мокрых дел. Опасно подчиняться таким приказам. Исполнителей потом сажают, а их начальники делают вид, будто они ничего не знали.

16 августа 2001 года, отсидев пятнадцать лет, вышел на свободу бывший капитан службы безопасности Гжегож Петровский, убийца Попелюшко. На процессе в Торуне Петровский и обвиненный в подстрекательстве и содействии убийству Адам Петрушка были приговорены к 25 годам тюремного заключения. Двое других обвиняемых получили пятнадцать и четырнадцать лет тюрьмы. Срок заключения Петровскому сократила амнистия. Когда все они вышли на свободу, им изменили внешность и выдали новые документы.

За несколько лет до освобождения капитана Пиотровского католическая церковь занялась канонизацией отца Ежи Попелюшко. Процедура это долгая. Но Ватикан действовал очень быстро. Папа Иоанн Павел II помнил о Ежи и чтил самого знаменитого мученика наших дней. Друзья Попелюшко много лет опрашивали его прихожан, выискивая подтверждение его святости.

Что касается его поведения во время военного положения, то это все та же давняя дилемма, выбор между необходимостью подчиняться власти и стремлением восстать против диктатуры, между компромиссом и принципиальностью, твердостью, прагматизмом и политической ангажированностью. Как же должен был поступить Ежи Попелюшко? Осудить военное положение или молчать и делать свое дело?

Поляки уже дали ответ на этот вопрос.