обвиняемого КАСОВСКОГО Льва Николаевича161
22 июля 1939 г.[…] Вопрос: Когда вы впервые установили преступную связь с УЛЬМЕРОМ?
Вопрос:Ответ: В 1936 году, когда он был секретарем ГУГБ, я зашел к УЛЬМЕРУ в кабинет и завел разговор о том, что надоели мне эти проработки меня на партсобраниях […] УЛЬМЕР сочувственно ободрял меня. Затем я сказал УЛЬМЕРУ: «В связи с этими проработками я боюсь, чтобы не обнаружился след». УЛЬМЕР смутился и, как бы не понимая, в чем дело спросил: «На какой след?». Тогда я ему прямо сказал: «Что вы скрываете, я не знаю, что вы, как и я, также связаны с организацией. Теперь понятно, о каком следе я говорю?» УЛЬМЕР, оправившись, ответил: «Понятно, но бояться вам при теперешнем положении нечего, я же теперь здесь». На этом наш разговор о заговорщической деятельности закончился.
Ответ:ЦА ФСБ РФ. АСД № Р-3266. Т.1. Л.186, 187. Заверенная копия. Машинопись.
№ 14
№ 14Из протокола допроса Н. И. Ежова
4 августа 1939 г.[…] Вопрос: Кто из заговорщиков, кроме вас и ФРИНОВСКОГО, был осведомлен об этих предательских планах провокационного использования массовой операции?
Вопрос:Ответ: В обсуждении этих вопросов принимали участие в разное время ЕВДОКИМОВ и БЕЛЬСКИЙ.
Ответ:Мне неизвестно, осведомлял ли ФРИНОВСКИЙ об этом нашем провокационном плане заговорщиков — НИКОЛЕВА, МИНАЕВА, ЦЕССАРСКОГО и УЛЬМЕРА, которые являлись его практическими помощниками по проведению массовой операции.
Об этом предательском плане были осведомлены наиболее видные заговорщики, работавшие на местах, в частности, такие как ЗАКОВСКИЙ, УСПЕНСКИЙ и ГОРБАЧ162.
Вопрос: Подробно остановитесь на том, как практически вы осуществляли свои планы использования массовых операций в провокационных заговорщических целях?