Эти бандиты также иногда используются как ударные отряды работодателей. В 1897 году, когда швейники в первый раз организуют забастовку, «хозяева фабрик – евреи из Германии из хороших кварталов, – говорит Рич Коэн, – обращаются к лидерам еврейских банд. Один из работодателей нанимает Монка Истмана, чтобы заставить бастующих возобновить работу. В общем, евреи отправляются за помощью к своим еврейским коллегам».

На рубеже веков банда Монка Истмана состоит примерно из 75 членов и оспаривает влияние на территории Нижнего Ист-Сайда Манхэттена у другой группы, в основном состоящей из итальянцев и известной как FivePointsGang, во главе с Паоло Антонио Ваччарелли, бывшим сицилийским боксером. Борьба между Монком Истманом и FivePointsGang в 1903 году завершилась сражением на улицах, полиция смогла задержать главарей. Около сотни выстрелов оставили на земле три трупа и семерых раненых.

Господство этих банд снизилась в течение 1910‑х годов после арестов, в том числе и самого Монка Истмана. Монк Истман был приговорен к десяти годам тюремного заключения за убийство детектива в 1904 году. После отсидки большей части своего срока он был завербован в качестве солдата и отправился воевать на фронт в 1917 году. По возвращении на родину он вернулся в Нижний Ист-Сайд, но был застрелен пятью выстрелами возле кафе в 1920 году. Такое часто случается при такой «профессии».

Монк Истман участвовал в финансировании карьеры Арнольда Ротштейна, который стал первым крестным отцом бандитов – первым боссом преступников в Нью-Йорке. В отличие от большинства других гангстеров Арнольд Ротштейн не был из низов. Он был сын миллионера. Его отец Авраам был иммигрантом-евреем из Бессарабии, который владел ткацкой фабрикой и мельницей. «Авраам имел мрачное лицо и вел еврейский образ жизни», – пишет Рич Коэн. Арнольд представил своему отцу невесту, на которой хотел жениться. Но была проблема: она не была еврейкой, а среди благочестивых евреев экзогамный брак считается катастрофой для общины. Даже сегодня, когда член семьи еврея женится (выходит замуж) за нееврея, семья еврея участвует в ритуале шибах, который обычно происходит в момент смерти. Сделать шибах – это объявить, что она (семья) рассматривает человека как мертвого со всех точек зрения.

Рич Коэн пишет: «Старик покачал головой и сказал: „Ну, я надеюсь, вы будете счастливы“. А после свадьбы старик объявил о смерти своего сына, он покрыл зеркала и стал читать кадиш. Этот момент означал собой большой шаг для преступности в Америке. Это соответствовало освобождению Арнольда. Для Ротштейнов это был решительный разрыв».