Погуляв минут сорок, мы вернулись к Б. Каменному мосту, и Нина сказала, что ей пора идти домой. К этому времени атмосфера была достаточно накалена взаимной пикировкой между Ниной и Володей. Я тоже спешил домой, т. к. в 8 часов у меня должен был начаться урок немецкого языка.

На мосту мы остановились, и Володя настойчиво предложил спуститься вниз по лестнице, а не идти прямо по мосту, как хотела Нина. Я сказал Нине: “Ну, ладно, я пойду, наверное, больше не увидимся, счастливого пути”. Простившись с Ниной, я пошел, а Володя мне вслед крикнул: “Иди медленно, я тебя сейчас догоню”. Он и Нина начали спускаться по лестнице, а я пошел по мосту. Глядя на них сверху, я увидел, что на первой площадке они остановились и о чем-то говорили, затем Нина пошла вниз, а Володя последовал за ней. Я продолжал двигаться вперед по мосту и, пройдя не больше 20 метров, услышал снизу два выстрела. Я сейчас же бросился бегом к ним и увидел Нину, которая лежала на спине, а недалеко от нее лежал Володя, который был еще жив и дергался. Правая рука Володи была вытянута, и в ней был мой револьвер. Испугавшись, я тут же забрал свой револьвер и бросился бежать к себе домой. В этот момент на лестнице еще никого не было, и только снизу, со стороны набережной, бежал какой-то пожилой человек, который кричал:”Скорее, скорее сюда”…

Приведенные показания Вано МИКОЯНА находят свое полное подтверждение и в показаниях свидетеля ОСИПОВА, явившегося случайным очевидцем убийства Нины УМАНСКОЙ и самоубийства Владимира ШАХУРИНА.

Будучи допрошен по этому делу, свидетель ОСИПОВ, токарь мастерской при доме № 2 по улице Серафимовича, показал, что он лично видел, как Владимир ШАХУРИН, спускавшийся по лестнице Большого Каменного моста вместе с Ниной УМАНСКОЙ, выстрелил в нее из револьвера, а затем, приставив револьвер к голове, тяжело ранил себя. В этот момент свидетель ОСИПОВ подходил со стороны набережной к лестнице Большого Каменного моста, где все это случилось, и находился от места происшествия на расстоянии 25–30 метров.

Дальнейшее расследование установило, что Владимир ШАХУРИН, узнав о предстоящем отъезде в Мексику Нины УМАНСКОЙ, высказывал Леониду РЕДЕНСУ и Вано МИКОЯНУ свое намерение убить Нину УМАНСКУЮ. Таким образом, факт убийства Нины УМАНСКОЙ Владимиром ШАХУРИНЫМ и последующего его самоубийства установлен следующими данными произведенного расследования:

1. Двумя судебно-медицинскими экспертизами

2. Показаниями очевидца ОСИПОВА

3. Показаниями сверстников Владимира ШАХУРИНА, удостоверивших, что еще до случившегося он высказывал свое намерение убить Нину УМАНСКУЮ и застрелить себя.