— Товарищ Руднев, — спросил он, — а вы учли, что вам еще слишком далеко до пенсии?

— Учел, — сказал Руднев. — Итак?

— Причин несколько, — объяснил Евстигнеев. — Целая цепь... Но существует одна, в этой цепи последняя.

— Какая же?

— Пять лет назад металлургический завод построил водохранилище для своих производственных нужд. В результате резко поднялся уровень грунтовых вод, и теплотрассы оказались в переувлажненной почве... Дальше надо объяснять? — спросил Евстигнеев.

— Но ведь, строя водохранилище, городские власти понимали, что́ в результате произойдет? — сказал Руднев.

— Знали и понимали, — согласился Евстигнеев. — Однако не хотели ни знать, ни понимать. Потому что в городе у нас действует один закон: с директором Соколовым — не ссорятся. Если ему что-нибудь надо, значит — руки по швам.

Руднев помолчал.

— Допустим, переувлажнение... — сказал он. — Но существуют, стало быть, пороки и в самой конструкции теплотрасс. Если они надежны — переувлажнение не сыграло бы такой роли.

— Конечно, — согласился Евстигнеев. — Я же сказал: водохранилище — только последнее звено в длинной цепи причин...

* * *

Постников с женой Надеждой Евгеньевной обедали в санаторной столовой.

Построена она была недавно и в современном стиле: одна стена — сплошь стеклянная, напротив — большое панно: розовый пастушок среди голубых овечек играет на дудочке.

В зале было шумно, то здесь, то там слышался смех.

За столиком вместе с Постниковыми сидела молодая пара: парень в очках и его румяная подруга.

— ...Есть такая теория, — говорил парень, — супругам раз в году надо отдыхать врозь. Говорят, очень сохраняет семью.

— А вы давно женаты? — спросила Надежда Евгеньевна.