«Ситуация, – продолжает Гунчак, – осложнялась украино-польским соперничеством (речь здесь идет о так называемой „украинско-польской войне“, которая в то время достигла апогея – В.М.) на территории со смешанным населением, в результате чего с обеих сторон случались кровопролитные бои. В этой польско-украинской конфронтации советские партизаны, которые представляли собой многонациональный конгломерат СССР, становились на сторону поляков, тем самым еще более обостряя ситуацию. К тому же это в определенной степени было на руку партизанам, которые пользовались поддержкой местного населения, получая информацию преимущественно разведывательного характера, очень важную для их операции».

Далее Гунчак достаточно скромно описывает «поход» группы галицких эсэсовцев против партизан и польского населения: «Операции группы преимущественно выглядели как бесконечные марши через территории, наводненные партизанами. За исключением нескольких незначительных столкновений, группа преимущественно шла по следам партизан. Лишь однажды она вступила в бой у села Хмелик, расположенного между Билограем и Тарногородом. Партизаны, понеся значительные потери в живой силе, отступили, однако, очевидно, эти потери были не столь тяжелыми, чтобы отряды не могли действовать в дальнейшем. Отступив от Хмелик примерно на 40 километров, на следующий день они атаковали Билограй».

Вот и весь сказ г. Гунчака о полуторамесячной операцию «Боевой группы Баерсдорфа» против советских партизан. Зато он тут же отметил, что «неопытные рекруты впервые приняли боевое крещение». Господин Гунчак, видимо, не читал воспоминаний командира дивизии П.П.Вершигоры и исследования польских историков, где черным по белому указано, что партизаны имели большие успехи, и гоняли по лесам «боевую группу» галицких эсэсовцев как стаю собак.