Но все же Кремль действовал, проявляя известную сдержанность. Многие поколения сотрудников советской внешней разведки, включая Путина, были обучены относиться к США – независимо от того, какой президент находился там у власти, – как к главному противнику, а это означало прежде всего осторожность. Вместо того чтобы пустить в дело сеть прокремлевских эмигрантских организаций в Америке, Кремль предпочел использовать хакерские команды, действующие с территории безопасных секретных баз в России, и выкладывать украденные данные на серверах далеко за пределами США. Многие в Москве посчитали, что риск того, что хакерская атака приведет к серьезному конфликту с Америкой, не слишком велик, и даже если хакеры засветятся, тактика полного отрицания поможет Кремлю, как и всегда, выпутаться из неприятностей.

Их поймали с поличным почти сразу. Компанию CrowdStrike, предоставляющую защиту от хакерских атак, наняли расследовать взлом серверов Национального комитета Демократической партии, и уже в июне 2016 г. CrowdStrike заявила, что обнаружила следы российских хакеров – еще до того, как всплыла первая партия украденной информации. По иронии судьбы, одним из основателей CrowdStrike и автором отчета о хакерских атаках был еще один русский эмигрант Дмитрий Альперович.

Могло ли это разоблачение и последовавший за ним скандал вокруг вмешательства России в выборы отрезвить Кремль и заставить его отказаться от использования сетей прокремлевских эмигрантов в США? Мы точно не знаем, но это кажется вполне вероятным.

Прошло почти два десятилетия с тех пор, как Путин начал выдавливать своих оппонентов из страны, возродив политическую эмиграцию, – и все это время новые изгнанники искали любые возможности нанести ответный удар.

Одну из таких возможностей представляли собой олигархи. Будучи частью режима Путина, они попали под удар в результате введения западных санкций после аннексии Крыма. США, Великобритания и европейские страны заинтересовались их активами. Российские и западные издания начали расследовать их офшорные счета и подставные компании. А новые политические эмигранты и активисты развернули кампанию против грязных русских денег на Западе.

Когда отравление бывшего российского шпиона Сергея Скрипаля в Солсбери в марте 2018 г. заставило британский парламент заняться финансовыми схемами, используемыми российскими олигархами в Лондоне, новые политические эмигранты охотно дали показания. Был среди них и Гарри Каспаров[408]. Политические изгнанники считали, что тем самым вносят свой вклад в борьбу с путинским режимом. Тут действовала простая логика: если невозможно добраться до самого Путина, по крайней мере можно добраться до его приближенных.