Б. П.:
И. Т.: Это ваше дополнение относится к литературным интертекстам. А вот в реальном плане, для реального комментария вы нашли какие-нибудь дополнения?
И. Т.:
Б. П.: Мне кажется, да. Вспомним эпизодического персонажа «Двенадцати стульев» – халтурщика Ляписа-Трубецкого, поставляющего ведомственным журналам стишки о Гавриле, способном трудиться на всех поприщах. Щеглов вспоминает нескольких подходящих халтурщиков двадцатых годов, но главного заминает. Это Маяковский. Великий поэт революции не гнушался самой элементарной халтурой, поставляя стихотворные отклики на все революционные праздники и текущие события. Это не могло не вызвать критического отношения умных современников к такой малодостойной деятельности замечательного поэта. Кстати сказать, Щеглов упоминает Маяковского в комментарии к этому сюжету, но очень вскользь, и кандидатуру Маяковского отводит. Написали же об этом, как явствует из книги Щеглова, авторы другого комментария к Ильфу и Петрову – Одесский и Фельдман.
Б. П.:
И. Т.: Какие же у вас, Борис Михайлович, основания для утверждения Маяковского на эту роль?
И. Т.:
Б. П.: Ну, во-первых, как я уже сказал, действительные обширные и частые выступления Маяковского с такими стишками, это факт неоспоримый и особенно заметный именно в его случае. И вот такая деталь: псевдоним этого халтурщика Ляписа – Трубецкой, и это громкий псевдоним, трубный глас поэта, любившего устные выступления, когда демонстрировался его в самом деле замечательный голос, трубный бас.
Б. П.:
Еще деталь – Ляпис рассказывает о странной истории, с ним приключившейся: вчера он поздно возвращался домой… «От Хины Члек?» – язвительно спрашивают слушатели, имея в виду женщину – адресата его лирики. От этой Хины Члек рукой подать до Лили Брик – ясное звуковое подобие.
И. Т.: Звучит убедительно. На Достоевского соавторы уже покушались. Отец Федор из «Двенадцати стульев».
И. Т.:
Б. П.: Было замечено, что письма отца Федора попадье пародировали переписку Достоевского с женой, опубликованную как раз в те годы. Даже подпись в одном месте буквально воспроизвели: твой вечно муж Федя. Особенно если учесть, что у Достоевского есть повесть под названием «Вечный муж».
Б. П.: