– Это я с сынками разговариваю, нотацию им даю, – объясняет мне старый печник и посмеивается, и мальчики глядят на меня лукаво…

Горьковчане народ веселый, смышленый и злой до работы. Им только раз поглядеть – поймут. В новом мартеновском цеху, законченном постройкой уже теперь, во время войны, – на несколько месяцев раньше срока, – и отличающемся от старых соседних мартеновских цехов так же, как лаборатория – от поварни, старшему сталевару не дадите на вид и двадцати лет, ему, – подумаете вы, – самое место быть форвардом в боевой футбольной команде: небольшого роста, крепенький, рыжеватый, с отчаянно задорным лицом… Ошиблись. Товарищ Косухин льет на мартенах такие стальные брони и такие крепкие мячи, что в фашистских воротах и сейчас жарко и будет еще жарче.

Товарищ Косухин рассказывает, что до войны варили здесь простую сталь; когда пришло задание – варить сталь специальную, – стало страшно: справимся ли? Из Кулебак приехал инженер и заложил шихту специальной стали. Косухин, присматриваясь, двое суток не выходил из цеха, пил воду со льдом. И ничего – освоил, – вторую плавку уже варил самостоятельно. Плиты из его стали немецкие снаряды никак не пробивают…

Нормы сталеваров на всем его участке – сто тридцать процентов, но говорит он об этом, пожав плечом: можно работать лучше, если устранить такие-то и такие-то задержки и неувязки. На заводе поднято движение за общее повышение нормы до двухсот процентов, шефство над движением взяли комсомольцы, – с одной стороны, они сами добиваются этих норм и превышения их, с другой – ставят в цехах комсомольские «посты», которые устраняют затяжки, рационализируют работу, продвигают вперед для обработки ударные детали и следят за графиком…

В одном из огромных цехов, где еще два месяца тому назад сваривали корпуса специальных судов, сейчас устроен конвейер для тех машин, на которые наша страна крепко надеется, что сломают они Гитлеру хребет. Вот как рассказывает об этом специальном заказе товарищ Кудрин, старший мастер фасонного стального литья, сорок пять лет работающий на заводе:

– Начали мы с разработки технологического процесса этих новых и сложных деталей… Конечно, позаимствовались опытом других заводов, это было необходимо для скорейшего освоения, и вот, когда своими силами разработали эту технологию, нам был спущен заказ на изготовление моделей… Начали модели готовить, по нескольку раз в день ходили в производственный отдел и в модельный цех, советовались и спорили. Собирали рабочих и прорабатывали с ними технологию моделей. Призывали обратить особенное внимание на качество. После всего этого выбрали самую большую и сложную деталь и начали ее отливку. Пришлось нам работать день и ночь, не выходя из цеха. Отлили, и вышло удачно, и мы составили график. Дальнейшей задачей было – перестроить все бригады формировщиков так, чтобы каждому работа была по квалификации. Это подняло у нас качество работы и укоротило сроки отливок.