«Мы вместе с Роном Вичелманом (из лаборатории обработки изображений при JPL) были ответственными за контроль качества цвета на фотографиях посадочного модуля „Викинга", когда д–р Томас Матч, руководитель группы, работающей со снимками „Викинга", сказал нам, что ему звонили из администрации НАСА с просьбой о том, чтобы мы испортили негатив с голубым небом Марса, полученный из цифрового оригинала».

Это странное стечение обстоятельств наводило на множество тревожных подозрений. Например, почему директор НАСА был так озабочен сокрытием «настоящего» цвета Марса от американского народа и всего мира в 1976 году? Почему он приказал руководителю имиджевой команды «Викинга» буквально уничтожить одно из важнейших исторических доказательств из официального архива миссии — первоначальный «голубой негатив», если этот первый выпуск был всего лишь технической ошибкой? Эта запись, возможно, сыграла бы значимую роль в окончательной, триумфальной истории ученых НАСА, которые исправили возникшие в начале научные погрешности и продолжили свою работу по исследованию пограничной и инопланетной среды иного мира. И почему молодого парня (сына одного из ведущих специалистов по полету «Викинга») фактически вышвырнули из лаборатории из- за того, что он просто переключил пару цветовых мониторов?

По правде говоря, ни один факт из истории Рона Левина (и даже подтверждающие слова Ван дер Вуда) не имеет научного смысла до тех пор, пока некоторые личности из верхушки НАСА по каким- то тайным причинам продолжают во что бы то ни стало скрывать информацию о настоящем виде марсианской поверхности.

Кроме этого, существует еще более важная «биологическая проблема» традиционной точки зрения НАСА, касающаяся настоящего цвета и окружающей среды Марса. Левин предположил, что на Марсе есть и другие цветовые оттенки, а не только коричневые и красные. Это подтвердили члены имиджевой группы «Викинга», утверждая, что на снимках видны зеленые пятна на склонах гор, которые менялись в зависимости от поры года. Единственное рациональное объяснение этим «изменяющимся пятнам» на скалах, меняющим цвет с повышением и падением сезонной температуры и атмосферного содержания влаги, имеет биологическую основу, подобно тому как растения и лишайники реагируют на изменение биосферных условий.

Если так и есть на самом деле, то Левин, несомненно, может выступить разносторонними и потрясающими аргументами, которые поставят под сомнение традиционный (читай, НАСА) взгляд на Марс как на «холодный, безжизненный ад».

В недавние 50–е годы основной была концепция «Лоуэлла», рассматривающая Марс как возможное «место, где есть жизнь». Эта теория названа в честь астронома Персиваля Лоуэлла, который еще в XIX веке провел первое научное исследование Марса с помощью старого телескопа и увидел холодную, высохшую и суровую, но не безжизненную планету. Несмотря на то, что его исследование сетевых каналов было фактически опровергнуто, многие верили в теорию лоуэлловского Марса, которая хоть и была практически забыта, но все продолжала существовать. Ключевой идеей этой концепции была так называемая сезонная «волна потемнения», которая надвигалась с полюсов обоих полушарий в направлении экватора в то время, когда там наступала весна. Эта волна двигалась вокруг планеты со скоростью тридцать пять миль в день, причиной ее могли быть тающие снежные шапки на полюсах, которые отдавали влагу в атмосферу, тем самым «пробуждая» растительную жизнь на планете. Этот взгляд вызвал множество споров, так как позже было обнаружено, что южная шапка состояла полностью из углекислого льда. Как бы то ни было, новые наблюдения «Одиссея» 2001 вызвали предположение, что на планете в больших количествах существовала вода в замерзшем виде, которая могла спровоцировать эти темные волны. В то время как вопрос о волнах оставался спорным, никто не мог отрицать, что некоторые пятна на Марсе и в самом деле темнели летом и весной.