Но тут в события на Гренаде вмешались кубинцы. Когда 13 октября 1983 года о снятии Бишопа сообщили кубинскому послу на острове Рисо, тот бы просто в шоке и немедленно оповестил Гавану. Уже 15 октября Кастро направил в ЦК НДД гневное письмо. В нем он называл «грязной ложью» сообщения о том, что Бишоп якобы жаловался ему на кризис в НДД, когда останавливался в Гаване на пути из Восточной Европы. Он, Кастро, так же как и все кубинские коммунисты возмущены происходящими на Гренаде событиями и выражаю полную солидарность Морису Бишопу. Однако пока кубинские СМИ замалчивали события на Гренаде: видимо, Кастро надеялся, что внутриполитический кризис там еще удастся решить путем внутрипартийного примирения в рядах НДД.

Но его симпатии были полностью на стороне Бишопа, которого кубинский лидер искренне уважал и считал другом. Мать Мориса Бишопа так вспоминала об отношениях ее сына и Кастро: «Морис всегда обожал Фиделя, а тот в свою очередь относился к нему как к сыну. Их связывала очень крепкая дружба. Они обожали друг друга. Фидель обычно говорил, что Морис слишком велик для (маленькой) Гренады»[369]. Заметим, что после убийства своего мужа «мангустами» Гейри мать Бишопа заболела раком. В 1980 году ее лечили на Кубе, а затем кубинские врачи наблюдали ее и на Гренаде.

Скорее всего, именно резкая и однозначная реакция кубинского лидера и заставила Коарда начать упомянутые выше переговоры с арестованным премьером.

Но наделся Коард все же больше на силу. Он думал, что Кастро ничего не останется как со временем признать изменения в гренадском руководстве. Уже вечером 15 октября были арестованы Рэдикс и другие участники стихийной демонстрации на рыночной площади. Армия хватала и других сторонников Бишопа, которых свозили на армейскую базу в Форт-Фредерик. Многие сторонники премьера предпочли перейти на нелегальное положение.

В воскресенье 16 октября молодому члену ЦК НДД Назиму Берку[370] поручили проинформировать работавших на Гренаде иностранцев о положении в стране. Берк обвинил Бишопа в развале всех общественных организаций, неумелом руководстве и слабости. Также премьер ввиду своего мелкобуржуазного происхождения слишком потакал частному сектору в экономике. Иностранные специалисты покидали брифинг в мрачном и растерянном настроении.

В понедельник 17 октября на Гренаде практически никто не работал. По радио с интервалом в полчаса голос Хадсона Остина зачитывал заявление ЦК НДД. Люди обратили внимание на то, что даже объявлявший заявление диктор решился на акт гражданского неповиновения. Он «ошибочно» представил всесильного «генерала» как «Хадсона Филлипса». Намек поняли все – Филлипс был реакционным тринидадским политиком, хорошо известным на Гренаде.