"Мальчик настолько молод, что годится тебе в сыновья, младше твоей старшей дочери, фактически ебет твою старшую дочь, он затыкает и твою мокрую пизду и твою грязную задницу, в то время, как у тебя во рту киска твоей младшей дочери. Насколько это безнравственно?"

Её глаза стали шире, затем сильно сжав веки закрывая их, когда закричала в трусики и кончила. В то время, как она получила свой оргазм, я и близко не был готов, так что я долбил её ещё несколько минут, потянувшись вперед, чтоб терзать её груди и щипать соски. У Чери было ещё два оргазма, прежде чем я кончил в неё.

Я стоял так, тяжело дыша около минуты, затем вытащил член. Чери плюхнулась на пол. Я подвинул свой член к её лицу, вытирая его начисто об всё её лицо. Я засунул его обратно в штаны и вымыл руки, пока Чери лежала на полу, по-прежнему с трусиками во рту.

Я присел на корточки рядом с ней и сказал: "Тебе вообще никак нельзя себя вытерать .Ты можешь надеть свою юбку и рубашку, но нельзя застегивать или хоть как-то завязывать рубашку. Она должна прикрывать тебя, но быть открытой".

Я встал и отпер дверь. "Ах, да, возможно, ты захочешь запереть дверь, после того, как я уйду".

Я открыл дверь, и стюардесса стояла там, ухмыляясь. Улыбка упала с её лица, как я сделал шаг и она увидела Чери на полу, голую, с капающей спермой из её покрасневшей киски, с кляпом из трусиков во рту. Она бросилась в уборную и спросила: "Мэм, вы в порядке?"

Чери вытянула трусики изо рта, её лицо полностью покраснело от смущения, и она сказала: "Да, я в порядке. Правда".

Стюардесса посмотрела на меня, но я просто пожал плечами и ушел. Я подошел осторожно, стараясь не разбудить Кари. Тем не менее, когда я сел на кресло, Кари повернулась и уютно устроилась на моей шее, опуская свою руку на мою промежность. Я собирался забрать её руку, но мне понравились эти ощущения. Спустя несколько минут, растрепанная Чери пролезла к нам в ряд и рухнула на сиденье сбоку от меня..

"Ты и правда сволочь", - она сказала, хотя её голос был уставший, а не сердит.

"Что случилось?" - я спросил.

"После того, как ты ушел, стюардесса вошла, закрыла за собой дверь и помогла мне сесть на сиденье унитаза. Она продолжала спрашивать, в порядке ли я. Мне пришлось объяснить ей, что это было по согласию, и что на меня не напали. Она спросила про трусики, и я объяснила, что должна была заткнуть себя чем-то, а то бы я кричала. Она предложила мне помощь, чтоб привести меня в порядок, и мне пришлось сказать ей, что я не могу сделать это. Она пыталась помочь мне надеть трусики, и пришлось объяснять, что они не мои. Это было унизительно!"