— Вы не спешите хоронить внучку, Юджин? — я почему-то злюсь, хотя должен испытывать облегчение, что бункер не рассекретили. — Один раз вы уже ошиблись.

— Моя старшая дочь жива, и она снова дома, рядом со мной и моей супругой. Я утешаюсь этим, Дэрил, — невозмутимо отвечает Грайнер, потирая ладони о подлокотники кресла. Нервничает, старый козел.

— Хватит, Юджин. Скажи ему и покончим с этим, — рявкает молчавший до этой минуты Клейтон Гунн. Изучающе оцениваю его ссутулившуюся фигуру и лихорадочный взгляд. Между лопаток начинает неприятно свербить.

— Дэрил, у нас есть для тебя две новости. Обе неприятные, — осторожно начинает сдержанно скорбящий дед Дианы. — Помнишь, мы говорили, что в Улье есть наши люди, а ты просил назвать имена?

Я настороженно киваю, непроизвольно подаваясь всем корпусом вперед. Юджин сидит напротив, но нас разделяет двухметровая столешница из беленого дуба. Если бы я мог до него дотянуться, то встряхнул бы за грудки, чтобы он прекратил ходить вокруг до около.

— Их двое. Про Троя ты уже в курсе, — по крупицам выдает Грайнер, словно специально испытывая мое терпение. — Второй — Эйнар.

— Что? — в первую секунду мне кажется, что я ослышался, но Юджин добивает меня контрольным выстрелом.

— Его полное имя — Эйнар Гунн. Он старший сын Клейтона. Вы никогда не встречались до того, как оба оказались в Улье, и это позволило нам ввести его в игру без риска разоблачения с твоей стороны. Эйнар рос сложным и неуправляемым подростком, потом пустился во все тяжкие, полностью слетел с катушек, едва не умер от передоза. Его отец решил, что Улей заставит его повзрослеть. В принципе так и вышло. Он показывал успехи, и мы готовы были продвинуть его выше, взамен на определенную услугу.

— Вы ебанулись совсем? — Я физически чувствую, как трещит лобная кость и плавится к чертям охеревший мозг. — У тебя только две дочери, — недоверчиво щурясь, сверлю взглядом бледную рожу Гунна. — Блядь, ты хотел женить меня на одной из них. А про сынка забыл сообщить?

— Твой тон неуместен, Дэрил, — осуждающе одёргивает меня бабуля. — Клейтон поступил так, как посчитал нужным, и мы все его в этом поддержали. — Ты сам видел, каких результатов он достиг.

— Став убийцей? — я снова откидываюсь назад и провожу ладонью по лицу, тем самым скрывая рвущуюся наружу ярость. Сука, не может быть. Охуеть. Просто охуеть.

— А ты кто? — склонив голову набок, с лицемерной улыбкой спрашивает Бриана. — Или ты считал, что занимаешься на острове чем-то другим?

Заткните кто-нибудь старой стерве ее брехливый рот, или я за себя не ручаюсь.