— Не скажи. А если она потребует Микеланджело или Да Винчи, где брать прикажешь? В музее?

— Тоже мне нашел проблему. Музей разоряется и закрывается, картины выставляются на продажу. Не в первый раз такое проворачивали, — махнул рукой маркиз.

В каминном зале повисла тишина, оба влиятельных господина смотрели на огонь, наконец Гаскон спросил.

— А кто ещё знает, что падшая это она, а не он?

— Никто, только ты и я. Хочется увидеть их рожи, когда они узнают про неё, — засмеялся Гетти.

Его смех поддержал сэр Роберт Эндрю Джеймс Гаскон-Тесил, 5-й маркиз Солсбери.

Как я не спешила, но всё равно опоздала, Анастасия уже была дома. Меня сразу потащила в кабинет, там открыла сейф и из него достала золотые царские червонцы. Вывалила из шкатулки на стол, получилась небольшая кучка.

— Это что такое? — зашипела она.

— Монетки, — ответила я, прикидываясь дурочкой.

— Значит монетки? Это же золото! Ты понимаешь, золото!, — закричала не сдержавшись она.

— Ну и что с того. Мне предложили, я купила. Мало ли тебе зубы нужно будет делать, вот и пригодятся. Могла бы спасибо сказать, а не орать на меня, — сделала оскорбленное лицо.

Анастасия замерла, не зная что сказать в ответ, такое ей в голову не могло прийти, зато вовремя пришло мне.

— Да тут не на одну челюсть выйдет, не то что зуб, — наконец нашлась она.

Я благоразумно промолчала, решая когда начинать лить слезы.

— Хорошо, но вот как ты это объяснишь? — разложила рядом с червонцами царские ордена.

— Это медальки! Они мне так понравились, что я не удержалась и поменяла на сертификаты. У мужчины там на что-то не хватало, я добавила… десять тысяч. Правда они красивенькие? — протянула я к ним руку.

По руке тут же шлепнули, пришлось на неё дуть, было немного больно.

— Медальки⁈ Да это ордена с драгоценными камнями в золоте. Чистейший дорогой антиквариат! — снова разозлилась Анастасия.

— Здорово! Я так и думала. Вот смотри что я решила, — схватила её за руку и потащила в свою комнату.

Там открыла шкаф, достала то самое черное платье и широкую красную ленту.