Он подходил все ближе и ближе, мое возбуждение нарастало. Когда же он подойдет так близко, что я смогу застрелить его! Я поднял револьвер, прицелился и, когда тигр был уже на расстоянии тридцати ярдов, решил нажать курок — но моя рука подвела меня. Я просто не мог пошевелить ею! И в этот момент вся моя уверенность покинула меня; я внезапно осознал, что тигр убьет меня так же, как и всех остальных. Это было такое сильное потрясение, что я потерял сознание.

Очнувшись, я был изумлен тем, что жив. Тигра не было, вместо него надо мной стоял агхори. Наверное, вид у меня был очень глупый, потому что он сказал: «Вставай! Не бойся, я не тигр и не съем тебя! Я позвал тебя сюда, поэтому ты и пришел». Он велел мне спуститься к речке и искупаться, а затем сказал, что я должен буду каждую ночь приходить на кладбище и выполнять садхану, известную как сахасра мунда (тысяча черепов). Вокруг лежало невообразимое количество черепов такого же доисторического вида, как тот, который я увидел вначале, поэтому место это носило название Мунда Дурга (Крепость Черепов). С помощью Шьяманандаджи я достиг успеха в этой садхане. По его словам, «каждый, кто может стать агхори, должен выполнить мунда садхану». Единственное отличие — большинство людей выполняют мунда садхану с пятью черепами, я же использовал свыше тысячи.

После того, как я завершил эту садхану, он сказал мне: «Теперь я хочу дать тебе свою Бхайрави». Так я и получил ее, — и, о Господи, чему она научила меня! Не думаю, что какая-нибудь еще женщина во всей Вселенной могла бы дать мне так много!

Однажды мой гуру Махарадж попросил меня отправиться вместе с ним в одно место недалеко от Насика, но я наотрез отказался. Я сказал ему: «Там моя Бхайрави, и если я встречусь с ней, я никогда не вернусь обратно; я останусь с ней навсегда, так как она никогда не позволит мне уйти. Она будет кормить меня ртутью, чтобы я смог вернуть молодость, и мы будем бесконечно заниматься практикой мудр. Я забуду обо всем на свете, включая вас, поэтому, пожалуйста, не настаивайте». Он страшно рассердился, но я был непреклонен.

Мои отношения с Бхайрави были таковы, что я никогда не хотел покидать ее. Я оставил ее не по свой воле; мне пришлось сделать это. Мне было велено вернуться в мир и там продолжать свою работу. И хотя мы не виделись уже много лет, я до сих пор не забыл ее и никогда не забуду. Ни одна другая женщина не могла дать мне и одного процента того удовлетворения, какое давала мне она, и я сомневаюсь, что когда-нибудь смогу найти такую женщину. Сексуальное удовлетворение — это, конечно, самое малое из того, что я от нее получил, наши отношения были совсем иными. Чисто физическая связь может быть только временной; ментальная связь длится ненамного дольше, хотя может сохраняться всю жизнь. Духовная же связь вечна, постоянна, и именно ее я ценю превыше всего.