***

– А я говорю: восемнадцать! – твердо сказал мужчина в толстых круглых очках и подтолкнул горстку монет к собеседнику.

– Старик, сколько мы с тобой торгуем, и каждый раз ты пытаешься меня нагреть! – театрально возмутился мужчина в широкополой шляпе. Покрытые короткой шерстью звериные уши и виляющий за спиной хвост при всем желании не смогли бы скрыть в нем представителя расы фойре. – Двадцать и не медяком меньше. Я и так потерял недавно.

– Жадный ты, Ройан, – драматично насупился мужчина.

– Не жаднее тебя! – хмыкнул собеседник. – И вообще, откуда у тебя такая тяга к надувательству? Ты же эйнфейлен, а не грендар или атлан.

– Жизнь меняет разумных, – философски протянул мужчина и поправил очки. – Ты вот тоже изменился. Всё меняется.

– Да-да, давай. Старая байка от старикана.

– Сам ты старикан, – фыркнул собеседник. – Я не намного старше тебя!

– О, да. Всего-то на двести лет. Ты, небось, и войну магов застал, – бросил фойре и расхохотался, чем вызвал у собеседника приступ хмурых бровей. Фойре отлично знал, как целителя злит, когда указывают на его возраст, несмотря на расовую естественность такого долголетия.

– Не застал, но знаю побольше твоего, – буркнул эйнфейлен, поджав губы.

Фойре сказал заинтересованно:

– Сорас, может время пришло поделиться? Пару тайн мне-то доверить можно.

– Не все тайны должны быть раскрыты, не все знания озвучены, а любое слово может нанести вред, – монотонно проговорил целитель.

Фойре поморщился:

– Прекращай, старик. Твоя мудрость, безусловно, великая вещь, но я уже не дитя малое и кое-что понимаю. Эту отмазку я слышу уже очень давно, и сейчас для меня она пустой звук, так как я знаю ценность тайнам.

– Может быть, – ответил мужчина и снова, по привычке, поправил очки. – Может быть, ты уже достаточно мудр, чтобы держать язык за зубами.

– Шутник, однако. Мой язык всю жизнь за зубами. С тех самых пор, как ты нашел меня и обучил, – уважительно кивнул фойре. – Малышка Леа далеко?

– На охоте, – ответил Сорас и подозрительно прищурился. – Можешь говорить открыто. Торги оставим на потом.

Фойре замолчал, обдумывая, с чего начать.

– Что такого важного, что ты так готовишься, – заметил Сорас.