– Нет, не могу. Поскольку знаю, что стоит за всем этим красивым фасадом, про который ты только что вещал. Кстати, эта твоя тирада для меня была или для графа? Если для него, то можешь продолжить, мне плевать, как ты объясняешь ему наши договорённости. А вот если для меня, то не утруждайся более, я знаю цену всем твоим словам и для меня они и ломаного медяка не стоят.

– Хорошо, хорошо, не веришь моим словам, не надо. Главное, не злись. Я ведь ничем тебя сейчас не обидел. Хочешь иметь моего друга в любовниках с его добровольного на то согласия, я не препятствую, развлекайся, родная, главное, не доведи дело до столь печального финала, как в предыдущий раз.

– Это ты мне? У тебя поворачивается язык говорить это мне? Ты часом не забыл, дорогой мой, чьи пожелания я выполняла? Это же ты хотел на все его владения и состояние руку наложить!

– Ты о чём сейчас? Ты вообще в своём уме?! – гневно прервал он её.

– Прекрасно, как дело дошло до финансов и территорий, я сразу не в своём уме и недееспособна, – раздражённо фыркнула она в ответ. – Да, я недееспособна, причём исключительно благодаря твоим усилиям. Но это не значит, что на меня надо вешать смерть того, чья жизнь тебе несказанно досаждала. Именно ты был заинтересован в его смерти, как никто другой, и именно это заставило меня столь негуманно поступить с ним. Не будь тебя, я бы о его существовании и не знала!

– Амели, у тебя на данный момент явно искажённое восприятие действительности, – постарался уйти от неприятной темы Алехандро. – Я ничего не поимел от его смерти кроме его долгов. Поэтому не возводи на меня напраслину.

– То есть ты хочешь обвинить в его смерти меня?! – в раздражении она встала из-за стола и подняла вверх правую руку. – Повтори, немедленно повтори, глядя мне в глаза, своё обвинение!

Её поведение явно напугало Алехандро, он порывисто встал и, схватив сестру за плечи, сбивчиво заговорил:

– Успокойся, дорогая! Конечно же, нет. Это было роковое стечение обстоятельств. Я не виню тебя ни в чьей смерти! Ты ни при чём. Успокойся! Я извиняюсь, что столь неоднозначно выразился. Тебя никто не обвиняет! Ещё раз извини. Всё, всё! Во всём виноват я, я тебя с ним свёл, дал согласие на брак. Он раздражал меня, ты меня защищала. Виноват я. Успокойся!

– Как же мне хочется придушить тебя порой… – раздражённо выдохнула она, – ты не представляешь. Когда тебе уже надоест так надо мной издеваться и провоцировать?

– Ну чем я над тобой издеваюсь, маленькая? Хочешь развлекаться с графом, развлекайся, лишь грань не переходи и не лишай его свободы воли, чтобы в случае необходимости долг свой он мог исполнить. В остальном можешь себя не ограничивать. Я закрою глаза на всё и постараюсь прикрыть любую твою выходку. Всё будет так, как ты пожелаешь. Ты ведь знаешь, что я готов исполнить любую твою прихоть. Готов сам найти и доставить любого любовника, лишь не ожидал, что тебя сюзерен здешних мест прельстит. Но постараюсь смириться и с этим. Поэтому не сердись, не надо. Всё будет хорошо. Успокойся.