Первый из этих «мотивирующих психических факторов», который даже до нынешнего времени подрывает мои силы, сформировался во мне как раз во время разрабатывания этой программы вследствие непрекращающейся борьбы между моим сознанием и моей натурой.

Я должен сказать вам, что много лет назад, перед организацией Института, когда я планировал и разрабатывал эту программу в деталях, мне приходилось не только обращаться за советом и направлением относительно некоторых вопросов к уважаемым и беспристрастным людям из тех, которых я иногда имел счастье встречать в ходе моей жизни и которые, кстати, в противоположность существующему мнению о закономерности установленного предела человеческой жизни, уже перевалили за два века своего существования, а некоторые из которых были столь дерзки, что надеялись перевалить и за третий, но также по нескольким специальным вопросам мне приходилось часто консультироваться с различными вовсе не замечательными людьми, которые, хотя принадлежали к числу авторитетов в некоторых областях современной жизни, в этих вопросах были тем не менее, как это обычно для этого рода современных людей, до отказа «нафаршированы» всеми видами таких «прелестных качеств», как «тщеславие», «самомнение», «амбиция», «самообольщение» и так далее.

Этот факт, который в то время мне приходилось с очень большим внутренним усилием, как говорят, «переживать» и в своих внешних отношениях учитывать, заложил первоначальные данные для формирования во мне первого из упомянутых «мотивирующих факторов».

Второй из упомянутых «психических факторов» образовался уже в Европе на второй год после того, как я окончательно обосновался во Франции в условиях, как я уже сказал, более или менее благоприятных, и начал работать в соответствии с ранее упоминавшейся разработанной программой; и формирование этого фактора произошло в результате «самодовольства» нескольких человек, бывших в контакте со мной в следующих условиях моей деятельности в то время.

Несмотря на насущную необходимость с самого первого дня моего приезда в Европу посвящать не менее половины моих физических и психических сил урегулированию крупного финансового кризиса, создавшегося ранее по причине «постыдной тупости» российских власть имущих, и несмотря на то, что мне нужно было посвящать другую половину времени теоретическому и практическому обучению семидесяти учеников, которые были специально подготовлены для демонстраций, так сказать, иллюстративного материала, которые предполагалось устраивать по всей Европе и Америке в следующем году с целью показать результаты применения в жизни моих новых идей, тем не менее мне удалось направить свою работу так, что уже к началу второго года существования Института во Франции, во мне, так же как во всех людях, бывших в контакте со мной и бывших более или менее в курсе моих инструкций, сформировались данные для сильной уверенности, что очень скоро будет возможно осуществить также на практике оба только что объясненные мной пункта упомянутой подробной программы, то есть: классифицировать всех учеников, живущих в Институте, на три отдельные группы, и начать с каждой группой ранее предусмотренные «теоретические» и «практические» занятия и, в то же время, организовывать в местах, где сконцентрированы интересы больших скоплений людей, упомянутые «клубы» нового типа.