– Я тоже, – улыбаюсь, глядя на взволнованного жреца, что тут же неслышно вздохнул и чуть-чуть насупился, словно мальчишка, оскорблённый в лучших чувствах. Да, вот эта прямота, честность и открытость… именно она позволила людям подняться на такие вершины понимания Света, что не снились и самым искушённым бессмертным. Эта открытость породила таких выдающихся личностей, как Тирион Фордринг, Александрос Могрейн, Максвелл Тиросс… и многих других, кого я мог с полным правом уважать, а то и с гордостью назвать своими друзьями. На этом фоне Лиадрин и Велен, имевшие куда как лучшие начальные условия, смотрелись откровенно мерзко. А потому продолжаю мысль: – Я просто знаю Свет.

– Хмм, – жрец задумчиво огладил бороду. – Верно, ведь именно эльфы рассказали нам о нём. Потому вы знаете, но не верите?

– Не совсем. Я уважаю Свет, но почитать не могу. Тут дело в восприятии и характере — мой, увы, слабо подходит для служения Свету. Да и сфера моих интересов лежит в несколько иной области.

– Магия, – понимающе кивнул мужчина.

– Да… магия.

– Но почему бы не совместить? – спросил меня человек. – Я понимаю, что жизни смертного не хватит, чтобы постичь и Свет, и магическое искусство, но для бессмертного эльфа?

– Ничего не меняется. Возможности магии безграничны, и даже величайшие архимаги не могут сказать, что изучили хоть малую долю всего искусства. Всегда есть новое направление, новые чары, новый путь. Постигнуть всё — не хватит и вечности. Аналогично и для Света. Вы ведь не считаете, что полностью понимаете эту силу?

– Нет, разумеется нет, – покачал головой мой собеседник, – лишь в меру своей веры.

– Именно! – с уважением киваю на слова собеседника. – Вот и ещё одно кардинальное отличие. Для постижения тайн Света требуются вера и чувства, маги же привыкли опираться на разум и логику.

– Тайны Света? Разве у него есть какие-то тайны? – удивился жрец.

– Я не совсем удачно выразился, – тайны были не у Света, а у присвоивших себе титул его «воли» тварей, по сути своей ничем не отличающихся от демонов Бездны, – тут, пожалуй, более уместно будет «сущности», «воли» или что-то в этом роде. Я абсолютно точно знаю, что он обладает некой формой самосознания, способной понимать наши чувства и поступки, даже сопереживать им и принимать участие в судьбе тех, кого сочтёт достойным, но вот его собственные мотивы и желания далеко не всегда очевидны. Три добродетели, которые вывела ваша церковь, казалось бы, неоспоримо верны в отражении его сути, но мне известны и другие случаи, когда носители силы Света никак не отвечали принципам его учения, однако силу они не теряли — и это лишь одна из многих загадок, доступная даже постороннему, а перед тем, кто будет идти путём веры, неизбежно встанет много больше поводов для размышлений и поисков ответа…