Ни одной по-настоящему смертельной раны я ему не нанёс. Просто от головы и плеч остался обрубок. Как будто кто-то перепутал его голову с карандашом и попытался заточить. Получилось. Стружки вокруг много. От кровопотери он умрёт, но ещё не очень скоро… Хлопок. И сильно похудевший в верхней части урод упал расплескав мозги. Выстрел прозвучал как-то очень тихо. Я на выстрел даже не обернулся. Тупо стоял и смотрел на труп жирного ублюдка и размышлял, что я могу ещё с ним сделать, чтобы ему было больно. Но все мысли натыкались на понимание, что он уже мёртв. А ещё мысль пронеслась, что вот и Стриж пригодился.

Мне на плечо легла рука Каната.

— Пошли — он слегка потянул меня — Пошли, Игорь. Тут ещё девять девчонок, которым нужна помощь. И я бы их оставил, но не ты.

Глава 21

Глава 21

Вторая часть Мерлезонского балета

Я обернулся. Позади Каната стояла не высокая, чуть полноватая девушка лет двадцати пяти. Короткие чёрные, даже на вид жёсткие волосы, цвет кожи, напоминал крепкий кофе с молоком и что удивительно — голубые глаза. Редкое явление у мулаток. Одета она была в серый худи со следами крови и синие джинсы. Только сейчас я заметил, что у неё много раз разбитые губы и фингал под глазом. Причём всё свежее. Вжавшись в её ногу стоял чернявый пацанёнок лет шести. Худющий и высокий для его возраста, с ещё более светлой кожей, чем у мамы и голубыми глазами маленького волчонка, смотрящими сквозь узкие щёлки разреза глаз. Очень не обычное и красивое лицо у парня. Да ещё победа в лотерею, у таких родителей вырвать голубые глаза, это повезло. На лице у Канатовича тоже следы крови, синяки и разбитые губы. Маму защищал? Не исключено. Кентасы на той руке, что мне видно, разбиты в кровь. Парень был в футболке, спортивных штанах и кепке козырьком назад.

Всё это я уловил лишь мельком взглянув на них. Просто взглянул и вся информация в голове. Вообще мир сейчас звенел от ясности и чистоты. Не припомню такого состояния у себя.

Я поднял руки. По локоть в крови. Ножом, так и зажатым в руках, отмахнул рукава от кофты ими же и протёр нож, который убрал в ножны. Скинул перчатки. Осмотрел себя ещё раз. Нормально.

— Девять? — тупо переспросил я.

— Ага — кивнул как можно выразительнее Канат. Ну да. При общении с психами, нельзя, чтобы хоть что-то можно было интерпретировать многозначно. А я псих? Кто это сказал?

— Так… — я потёр лицо ладонями — у них должен быть транспорт, что-то типа автобуса, или хотя бы микрика. Надо найти. Скорее всего должен быть ещё и какой-то транспорт сопровождения, типа джипа. Тут оружия как говна за баней. В каком состоянии девчонки?