- Конничива!

- Меня зовут, Акеми Сато. - Девочка разгибается, и внимательно смотрит на нас.

- Лалиса Манобан!

- Соня Ким!

- Ура Чон!

- Ёна Чон!

Отвечаем мы. А я поворачиваю голову к Со Ын, и перехожу на русский:

- Со, интересно, она кроме японского другой язык знает?

- Знаю! – По-русски отвечает японская «банана». – И английский тоже знаю. А ты на кореянку непохожа, Лалиса Манобан, да и фамилия у тебя не корейская!

- Можно и без Манобан, и просто Лиса! – Я протягиваю я руку японке, которую она осторожно пожимает: - Я и не могу быть на них похожа, я тайка!

- А, никогда не видела таек! - Акеми продолжает меня разглядывать.

- Ты не совсем похожа на японку, у тебя что, мама…

- Да, она наполовину русская, а наполовину мексиканка! – Отвечает Акеми.

- О, девочки. У нас тут японо-мексиканский супер «банан»! – Перехожу на корейский.

- Какой? – Не понимает Ёна. Она про страну с названием Мексика никогда не слышала. Популярно ей объясняю, где эта Мексика находится. Ура тоже удивлённо таращит глаза на Акеми:

- А она, что, с нами будет заниматься?

- Не знаю, потом выясним, онни. А пока пошли в столовую.

- Ты есть хочешь? –Спрашиваю Акеми. – Если хочешь, пошли с нами в столовую.

- Иду, Лиса!

Так с нами стала заниматься эта японка. Она училась в школе при японском консульстве, где было четыре ученика, по программе японских школ. Поэтому с ней мы встречались только в нашей комнате и танцевальном зале, ну, и в столовую ходили вместе. Танцевала она неплохо, хотя бальные танцы, это не балет. Когда время нашей стажировки кончилось, мы уехали, а Акеми осталась. Она окончила балетную школу. Потом выступила на конкурсе в Берлине, где взяла второе место. Немного потанцевала в одной из немецких трупп, а потом ею заинтересовались производители модной одежды. Типаж Аками им подошёл, и японка стала через несколько лет одной самых дорогих моделей, которую приветствовали любители моды на подиуме Парижа, Нью-Йорка, Токио, Лондона и многих других городов…