Само собой я попытался обратиться внутрь себя, мобилизовать резервы измученного организма, чтобы выдавить из себя всю дрянь. Или хотя бы дотянуться до магического источника. Там хоть и минимально, но я смогу воздействовать маной на себя. Возможно укрыть от опасности мать, если нам что-то угрожает.

Бесполезно. Не хватало концентрации и воли. Я даже не смог заглянуть в свою душу, не говоря об активации истинного зрения. Это как попасть ниткой в ушко иголки находясь на расстоянии пяти метров с помощью длинной палки. Примерно так я ощущал эти попытки. Гадство, мать все еще в панике. Я хотел ей что-то сказать, но вырывалось лишь невнятное мычание.

Меня резко дернуло в сторону, от чего я не удержался на коленях и повалился на пол. Тяжело подняв гудящую голову, осмотрелся, и понял, что нахожусь под столом, а прямо передо мной ругаются родители. В руках у меня тот самый динозавр, что подарил отец. В ушах ужасный шум, от воющей сирены.

Я видел словно в замедленной съемке, как отец схватил нож и бросился на мать. Мама сделал несколько шагов в мою сторону, будто пытаясь прикрыть меня собой, но упала не доходя, обильно заливая пол кровью. Мое сознание билось в истерике, не в силах управлять телом. Хотелось ей помочь, броситься на защиту, обнять! Но я смог лишь неловко ползти, царапая окровавленный пол, от чего мои детские ноготки обламывались у самого основания. Я не кричал, не мог. Мои губы лишь каждый раз пытались произнести одно слово «Мама».

Я смог доползти до умирающей женщины, неловко обнять ее голову и промычать.

- Ма-ма… - К сожалению, поздно.

Я не видел, как обезумевший отец кинулся на меня. Лишь обратил внимание, что в доме появились военные и скрутили его. Меня оторвали от мертвой матери, и вынесли на улицу. Дальше, сознание уплыло.

***

Сегодня мне исполнилось восемнадцать лет. Я собрал вещи и направился на выход. Наконец-то я могу покинуть стены приюта и войти во взрослую жизнь. Долгие двенадцать лет я провел в этих стенах. Не сказать, что они стали мне родными, но и пыткой это не было.

Первый год я вообще плохо помню. Если мне не изменяет память, то провел я его в стенах больницы. Или в этом же приюте в лазарете. А может просто стиль подобных мест выдержан в одинаковых тонах. Отходняк был жуткий, целый год я выбирался из кошмаров наяву. Вообще не понимал, сплю я или бодрствую. Но это первое время, потом пришла боль.

О, как вспомню эти незабываемые момент, сразу передергивает. Так, наверное, себя чувствует наркоман при ломке. Хотелось выть, лезть на стену или сгрызть ногти по локти. Меня трясло, постоянно прыгала температура, я истерил без повода. Голос мой кстати вернулся на прежний уровень, с корректировкой на возраст. Так что, когда у меня начиналась истерика, врачи пулей бежали колоть успокоительное, чтобы я не орал. Вроде кто-то из нянечек оглох, а окна ни раз выбивало.