Однако, Стивен столкнулся с непредсказуемыми последствиями, когда он пытался сохранить и объединить одних людей, другие использовали его знания для достижения собственных целей. Это заставило Стрэнджа задуматься о том, насколько безопасно обучать всех подряд.

Это все предыстория вселенной, куда меня занесло. Передо мной сидел практически старик, слишком много всего пришлось пережить Верховному Чародею Земли.

- Что насчет других планет, измерений? – Спросил я, создав пару кружек крепкого чая на столе.

- - Также. Медицина против вируса бессильна. Более развитые расы не нашли антидот. После смерти Одина, Фригги и Тора Локи оградил Асгард от остальной вселенной. Всех зараженных низверг. С ними связи нет. В другие измерения ходу тоже нет, с той стороны озаботились. Ждут, когда зараза сама издохнет. – Обреченно проговорил Стивен.

- Ты выяснил природу вируса? Как он распространяется? – Не думаю, что мне грозит заразиться, но притащить с собой эту гадость будет хуже плана Таноса по геноциду.

- Магический, говорил же. Словно раковая опухоль поражает астральное тело. Чем сильнее живое существо душой или магическими способностями, тем сложнее заразиться. Редкие разумные или животные имеют природный иммунитет, но думаю ненадолго. Вирус мутирует.

- Как же тогда погибли правители Асгарда? – Удивился я.

- Один был плох. Не знаю с чем это связано, но он впал в летаргический сон, подхватил вирус и умер не просыпаясь. Фрига пыталась бороться с болезнью, ежечасно находясь с больными. В итоге сама получила такую дозу вируса, что организм не справился. Тор же пытался остановить зараженных, купаясь в крови зомби. Результат ты знаешь.

- Халк? – Прикинул я возможность выживания своего Альтер эго.

- Один из самых страшных монстров в этом мире. – Скривился Стрендж. – Вирус не убил его, но сам мутировал до неузнаваемости. Халк потерял разум, теперь является рассадником нового штамма. Благо не все подвержены заражению его версией вируса. Отправил его бороздить просторы снегов Южного полюса.

- Надо было в космос.

- Есть вероятность, что Беннер приспособиться. Он уникален, его организм уникален. И потом, он один с немногих ученых генетиков, который остался. Возможно, он сможет найти антидот.

- Слушай, а где же Глаз Агамотто? – Спросил я.

- Вон валяется. – Безразлично махнул рукой чародей.

В дальнем шкафу кабинета, за мутным стеклом лежал знакомый мне медальон. Взяв артефакт, совершенно не почувствовал от него никакой энергии. Раскрыв хитрые замки, увидел тусклый, потрескавшейся зеленый камень, будто расколотый изумруд в дорогой оправе.