— Ты лжешь.
— Разве? — рассмеялся Хорус. — Зачем бы я стал тебя обманывать, брат? Ты же Магнус, примарх Тысячи Сынов. Для тебя нет никаких тайн, нет недоступных знаний. Ты же сам так говоришь. Ты можешь постичь сущность сказанного, и я это знаю. Хорус Луперкаль всех вас предаст. В погоне за властью он зажжет огни войны во всей Галактике. Ничто не уцелеет, и от супертяжелого ядра Галактики до умирающих звезд на самых окраинах останется только ядерный котлован Хаоса.
— Разве? — рассмеялся Хорус. — Зачем бы я стал тебя обманывать, брат? Ты же Магнус, примарх Тысячи Сынов. Для тебя нет никаких тайн, нет недоступных знаний. Ты же сам так говоришь. Ты можешь постичь сущность сказанного, и я это знаю. Хорус Луперкаль всех вас предаст. В погоне за властью он зажжет огни войны во всей Галактике. Ничто не уцелеет, и от супертяжелого ядра Галактики до умирающих звезд на самых окраинах останется только ядерный котлован Хаоса.
— Где произойдет это загадочное превращение? — спросил Магнус, стараясь скрыть возрастающий ужас.
— Где произойдет это загадочное превращение? — спросил Магнус, стараясь скрыть возрастающий ужас.
— На маленьком спутнике, — хихикнул монстр. — В системе Давин.
— На маленьком спутнике, — хихикнул монстр. — В системе Давин.
— Если даже все это правда, почему ты мне рассказываешь?
— Если даже все это правда, почему ты мне рассказываешь?
— Потому что это уже началось, потому что я наслаждаюсь твоими страданиями и потому что уже поздно останавливать процесс, — ответил Хорус.
— Потому что это уже началось, потому что я наслаждаюсь твоими страданиями и потому что уже поздно останавливать процесс, — ответил Хорус.
— Это мы еще посмотрим, — заверил его Магнус.
— Это мы еще посмотрим, — заверил его Магнус.
Он открыл свой глаз, и чудовище с лицом Хоруса исчезло.
Вокруг с испуганными лицами столпились Ариман и воины Сехмет.
— Мой лорд! — воскликнул Ариман. — Что случилось?
Рука Магнуса метнулась к лицу, где была отмечена его жертва, принесенная много лет назад. Кожа по-прежнему была гладкой и нетронутой, безо всяких следов совершенства, которым его световое тело наслаждалось в Великом Океане.
Магнус отмахнулся от помощи воинов и поднялся на ноги. Он слышал шелест песчинок в часах Галактики и на мгновение услышал звон бронзового хронометра с треснувшим стеклом и перламутровыми стрелками.
— Нам пора идти, — заявил он, оценив окружающую обстановку по следам пролитой воды.