- Год назад? - уточнил Костя.

- Да, именно. Я начала жить с ней, и она стала меня учить всему, что знала сама, но времени было очень мало. Она словно чувствовала, что с ней случится что-то нехорошее.

- И что случилось? - спросила нетерпеливая Ирина.

- Анника погибла месяц назад.

- Как? - тихо спросил Костя, - месяц назад. Я помню она брала отпуск на две недели и почти не выходила на связь. Это время ушло на похороны и подлог? Так ведь?

- Да. Никто не знал об этом, кроме наших родителей, которые были в Таллине. Они приезжали на несколько дней.

- Как она умерла? Нам нужны подробности, - попросил я.

- Она не проснулась.

- Стоп, - Костя поднял руку, - вы точно в этом уверены? Может быть, она впала в летаргический сон? Кома?

- Исключено, - ответила плачущая девушка, - ее тело осмотрели врачи и забрали в морг.

- Зная нашу медицину, я бы все проверил раз десять.

- Какая разница? - влез в разговор я, - все равно было вскрытие. Там же не полные идиоты сидят. Если она ничем не болела, то точно вскроют. Как она выглядела?

- В заключении было сказано, что на теле присутствуют многочисленные гематомы и ссадины.

Костя поднял палец вверх.

- Анника была слишком самонадеянной ведьмой, очень хорошей прорицательницей, - тихо сказал он, - но, видимо, слабым воином.

- А нельзя быть всем сразу, - согласился я, вспоминая ночное сражение, - система классов преследует нас даже здесь, это только у тебя в Ардении ее нет.

- Она столкнулась с кем-то, кто был сильнее ее, причем многократно, - продолжал Костя, - может быть, это и была дану?

- Может быть. Они вполне могли встретиться в Лимбо, договориться, и Дану помогла Аннике умереть, но это бредовая идея. Скорее всего, она ушла слишком далеко и попала в место без возврата, о котором никто из нас не знает. Поняла, что должна сбросить скафандр и ушла в Лимбо. Она же ведь вернулась, да? - спросил я Вильму, - стала приходить в ваши сны каждую ночь и рассказывать о том, что произойдет. Мы вообще не знаем, была ли она иссушена. Приходила же?

- Да, примерно через два дня после своих похорон. Сначала она была очень мягкой и осторожной, а когда поняла, что я не хочу ей помогать, стала мне угрожать. Я ее и при жизни всегда побаивалась, а во снах она стала принимать совсем дикие образы. Я никак не могла защититься от нее. Даже ходила к одной старушке, та что-то шептала, но не помогло.

- В церковь бы еще сходила, водички святой попила, - гулко гоготнула Ирина, но осеклась под тяжелым взглядом Кости.