- Что ты делаешь здесь? И что случилось с моим стражником?

- Стражник? - Изображая пьяное недоумение, альбинос затряс головой и замахал руками. - Я. не видел никакого стражника. Я шел в свою палатку, услышал лай шавки и решил заглянуть. А тут волшебник… Почему-то связанный и грязный…

Терарн Гаштек нахмурился:

- Еще раз забредешь не туда, и увидишь, как выглядит твое собственное сердце. А теперь уходи. Мы выступим утром.

Элрик, пошатываясь и спотыкаясь, вышел из палатки.

* * *

Одинокий всадник в одежде официального посланца Карлаака гнал коня на юг. Миновав вершину холма, он увидел раскинувшуюся на равнине деревню и, пришпорив коня, буквально влетел в нее. На улице было довольно пустынно: в грязи возились дети, да какой-то старик тащил мешок с мукой. Посланец догнал прохожего и закричал:

- Скажи мне быстро, ты знаешь Дувима Слорма и его имррирских наемников? Они проходили здесь?

- Да. Неделю назад. Они направлялись к Ригнариому у границы Джадмара - хотели наняться на службу в Вилмире.

- Они ехали на конях или шли пешком?

- Были и те и другие.

- Благодарю тебя, дедушка! - воскликнул посланец и помчался к Ригнариому.

Всадник из Карлаака скакал всю ночь по совсем новой дороге. Видимо, огромная сила проложила ее, и он молился, чтобы этой силой были Дувим Слорм и его имррирские воины.

А Карлаак, прекрасный Город Нефритовых Башен, утопая в сладко благоухающих садах, ждал вестей, добрых или худых, которые могли достичь стен славного города еще не так скоро. Жители полагались и на Элрика, и на посланца. Если удача улыбнется только одному из них, мучения будут дольше, а гибель - страшнее. Спасение западных цивилизаций зависело от успеха обоих. И только обоих.

* * *

Беспорядочный шум сотен проснувшихся людей прогнал тишину плаксивого утра, и резкий голос ненасытного завоевателя Терарна Гаштека призвал воинов поторопиться.