Рейд не стал стоять в сторонке, в босса полетели стрелы и дротики, милишники ударили в спину Титала. Я же снова атаковал, теперь уже целя в незащищенные части тела. Через три секунды босс был повержен, но за мгновение до того я увидел, каков он в состоянии инрейджа: от башки отделились рога, превратившиеся в гигантский бумеранг с острыми краями, и устремились ко мне. Ушел я только благодаря убыстрению.

За убийство босса, который был вчетверо слабее, я не получил ничего, зато крафтеры прибавили по пять уровней.

Следующий, 27-й, этаж оказался населен Визгливыми навками – белесыми полупрозрачными тварями. Не рискуя, главную навку я прикончил одним ударом, а вот с мобами пришлось повозиться. Они становились невидимыми, издавали Парализующий визг и испускали Разъедающий туман. Визг не действовал на меня в Ясности, а туман был слишком медленным, он не успевал распространиться до того, как я обнаруживал невидимых тварей и отправлял на тот свет одним ударом.

В этот раз отстающие прибавили по три-четыре уровня, бойцы – по два. Ремесленники и Дестини достигли 9-го, бойцы – 16-го. Я надеялся, что вскоре отстающие нагонят остальных.

Спускаясь на 28-й, рейд активно переговаривался, обсуждая пути развития боевых навыков. Послушав их, кентаврида-танцовщица Ольга подошла ко мне и проговорила:

– Вы, конечно, извините, но мне вот это все сложно. Я танцовщица, я не хочу драться…

Кетцаль и Хеллфиш раздраженно переглянулись.

– А что ты хочешь? – зарычал оборотень. – Танцевать?

– Что сложно, Ольга? – спросил я.

– Все! Ничего не понимаю в этой вашей прокачке. Не знаю, как драться и чем! – Она виновато посмотрела на огромного Кетцаля и отвела взгляд. – Я потому и танцую, что боюсь боли. И драться не люблю! А теперь надо, а я ничего в этом не смыслю!

Кулаки Кетцаля сжались и отчетливо хрустнули. Я его понимал: мы угодили в ловушку, которую сами себе расставили. Сколько толковых бойцов погибло, а у нас в команде половина не знает основ командного боя! Да вообще никакого боя! Прежде чем они начнут работать эффективно, пройдет не одна неделя, а у нас нет столько времени.

Свое присутствие сразу же обозначил Деспот, потянул к Ольге руку-алебарду – кентаврида заверещала, а демон довольно загрохотал:

– Я же говорил, слабые и ничтожные! Отдай их мне, соратник! Дело ваше быстрее пойдет, потом спасибо скажешь!

Я уже понял, что Деспот нашел новое развлечение, и его целью было не навредить Ольге, а вырвать у нее крики ужаса, которые его так веселили. Или чертов соратник питался страхом?