День открытия, когда лица почти четырехсот призванных сияли в предвкушении, а меня объявили худшим игроком и наградили Проклятым калекой.

Первые сутки, когда все могло для меня закончиться, не начавшись. Октиус напомнил, что пока основная масса тащила меня к пропасти, чтобы потом добить на выходе с кладбища, крепкая группа Хеллфиша, куда, помимо «Модуса» и «Т-Модуса», вошла Ана из «Красоток», в первый раз продемонстрировала, что как минимум не собирается мне вредить.

Показывая, как я неподвижно сижу на дне Провала и медитирую, ведущий заметил:

– Никто не мог даже представить, называя Скифа худшим игроком первого дня за «бездействие», что именно благодаря этим часам на дне, медитируя, он заложит фундамент будущих побед!

Потом показали фееричный второй день, когда я в виде тряпичной куклы под Параличом собственным телом играл в боулинг другими призванными, назначенными мной на роль кеглей.

Третий день я провел статистом под Проклятием Аваддона, зато надо мной и рядом развернулась настоящая мясорубка. Именно тогда рыцарь света Хармо’Лав взломал печать 666-го этажа, а Кетцаль накрыл меня Эгидой, чем спас от обнуления.

На четвертый день Аваддон сумел повредить Эгиду, и на его лапах-щупальцах мне удалось прокачать Безоружный бой и объем духа. Октиус напомнил о давно покинувшей Игры троице Шульцев, атаковавшей меня в лесу на той самой поляне, где на следующий день развернулась битва с участием почти всех призванных.

В тот день, пятый по счету, Дестини дважды могла со мной расправиться, и оба раза меня спасали наградами, выданными лучшему игроку: сначала Тисса своим Криком королевы банши, потом Мейстер – Пентаграммой побега. Пока рассвирепевшие «маркеры» и «дестеры» уничтожали ремесленников и людей Кетцаля и Хеллфиша, которым не удалось скрыться, я бегал по Лабиринту Деспота. В тот вечер я был так доволен укрощением демона, что и подумать не мог, какие проблемы он еще доставит.

– Поистине шестой день Игр стал переломным! – воскликнул Октиус, рассказывая о том, как я обезглавил рейд Маркуса.

На седьмой день оставшихся врагов возглавил варвар-берсеркер Гейзерих, за восьмой он получил награду лучшего игрока, весь девятый строил планы, как использовать Пентаграмму ослабления максимально эффективно, а на десятый… Он и его подонки-соратники чуть не обнулили наш рейд, но вылетели с Игр сами. Спасибо Деспоту, без него, уверен, до Аваддона нас добралось бы раза в три меньше.