Когда они подъехали к лагерю Темучина, уже совсем стемнело. Пирряне сразу направились к камачу вождя, со всех сторон раздавались приветствия в их адрес. Керк с Язоном спешились и прошли мимо стражи в камач. В шатре все удивленно обернулись при их появлении.

Темучин грозно спросил:

— Кто вы такие, что осмеливаетесь являться к Темучину без приглашения?

— А кто ты такой, что запрещаешь Керку, вождю пиррян, покорителю Глубокого Ущелья, присутствовать на собрании?

Схватка началась, все это поняли, и в шатре наступила тишина, нарушаемая лишь шумом ветра и скрипом снега за стенами камача.

Темучину первому удалось объединить под своими знаменами все племена равнин. Однако он правил без общего согласия, многим вождям не нравились его строгие приказы, и они предпочли бы другого правителя, а еще лучше — вообще никакого. Все следили за стычкой с напряженным вниманием.

— Ты хорошо сражался в ущелье, — сказал Темучин. — Все вы хорошо сражались. И мы приветствуем тебя. А теперь можешь удалиться. Сегодняшний совет тебя не касается.

— Почему? — с холодным спокойствием поинтересовался Керк, усаживаясь на шкуры. — Что это вы стараетесь скрыть?

— Ты обвиняешь меня?.. — Темучин побелел от гнева и схватился за рукоять меча.

— Я никого не обвиняю. — Керк широко зевнул. — Мне кажется, ты сам обвиняешь себя. Ты собираешь совет и не разрешаешь мне присутствовать на нем. Готов ударить, лишь бы не сказать правду. Я вновь спрашиваю, что вы скрываете от меня?

— Это незначительное дело. Несколько жителей низин высадились на нашем берегу. Мы уничтожим их!

— Зачем? Они безвредные торговцы, — возразил Керк.

— Зачем?! — От гнева Темучин не мог усидеть на месте, он вскочил и принялся расхаживать по камачу. — Разве ты никогда не слышал «Песню свободных людей»?

— Даже чаще, чем ты. Песня призывает уничтожать здания, которые могут стать ловушками для нас. Но разве есть здания, которые надо уничтожать?

— Нет, но они будут. Раз жители низин поставили свои навесы... — Темучин запнулся, но справился со своим гневом и продолжал: — Эти торговцы подобны острию меча, которое наносит лишь царапину. Сегодня они поставят навесы и торгуют, завтра явятся с большими навесами, а потом построят здания, чтобы лучше шла торговля. Сначала острие — потом весь клинок. Они должны быть уничтожены.

Темучин говорил абсолютную правду, и сейчас было очень важно, чтобы остальные вожди не успели этого понять. Керк молчал, и Язон решил вмешаться:

— «Песня свободных людей» всегда будет нашей путеводной звездой. Она говорит нам...

— Почему ты здесь, жонглер? — резким голосом спросил Темучин. — Я не вижу здесь других жонглеров или воинов. Уходи!