— Для вас — возможно. Но не для тех бедолаг, которые гибнут ни за что ни про что в вашей безумной войне.

Пораженный внезапной догадкой Брайон повернулся к Леа:

— Помнишь, мы обнаружили разрушенный рудник, который аборигены почитают как Святое Место? Теперь все понятно. Когда эти воинствующие подонки отправили на Сельм-II свою боевую технику, там был горняцкий поселок. Но эти нелюди так спешили затеять драку, что просто не заметили рудник, в результате прилетели бомбардировщики и разбомбили его. А те, кто выжил, учились жить рядом с чужой войной и преуспели в этом. Выжили, но при этом образовалась тупиковая культура по типу концентрационного лагеря. Огонь под запретом — чтобы не привлекать внимания боевых роботов. Металл под запретом — его легко обнаружить. Никаких постоянных поселений — их легко уничтожить. Все, что мы узнали, напоминает кошмар. — Брайон повернулся к Хегедусу: — Вам придется за многое ответить.

Хегедус кивнул:

— Мы это понимаем. Изучив вашу память, мы узнали реальную обстановку на Сельме-II и, естественно, сожалеем, что причинили столько зла местным жителям. К сожалению, время нельзя повернуть вспять. Что случилось, то случилось, тут уж ничего не поделаешь. Но мы гарантируем им мирное будущее. Приказ о полном прекращении боевых действий уже отдан. Война на Сельме-II окончена. Самолеты стоят на аэродромах. Боевая техника замерла навсегда. Не будут больше рваться бомбы, стрелять орудия...

— Очень мило с вашей стороны, — съязвила Леа. — Но как быть с бедными аборигенами? Вы хотите бросить их в том жутком состоянии, в которое они попали по вашей милости?

— Конечно. Мы бы могли предпринять определенные шаги, чтобы помочь им, если бы не присутствие Фонда. Ваша организация достаточно богата и создана именно для этих целей. Я уверен, что аборигены только выиграют от вашего присутствия на планете.

— А вы тоже выиграете? — спросил Брайон. — Вы хоть понимаете, насколько разорительна и с экономической точки зрения безумна ваша бесконечная война?

— Что вы несете? — сердито воскликнул Хегедус, впервые утратив выдержку. — Вы говорите совсем как член партии Мира: «Производство должно работать на потребителя, а не на войну; больше хороших товаров; свободные профсоюзы...» Все это мы уже слышали. Грязная болтовня. Всякий, кто произносит такие речи, есть враг нашего общества и должен быть уничтожен. Партия Мира объявлена вне закона, ее членам — место в лагерях. Армия — мать свободы, потеря бдительности — преступление...

Он даже вспотел и, запыхавшись, умолк.

— Ой-ой-ой, — сладко пропела Леа, — мы, кажется, задели вас за живое. Похоже, люди начали уставать от дремучей военной тупости...