— Один человек мне говорил, — сказал старик, — что здешние лифты — это архитектура племени майя. А я до сих пор и не знал. Я ему и говорю: кто же я тогда? Майонез? Да-с! Да-с! И пока он думал, что ответить, я его как стукну еще одним вопросом, а он как подскочит, башка у него как начнет работать! Да-с! Да-с!
— Нельзя ли нам спуститься, мистер Ноулз? — попросила мисс Фауст.
— Я его спрашиваю, — продолжал Ноулз, — тут у нас исследовательская лаборатория? Ис-следовать — значит идти по следу, верно? Значит, они нашли какой-то след, а потом его потеряли, вот им и надо исследовать. Чего же они для такого дела выстроили целый домище с майонезовыми лифтами и набили его всякими психами? Чего они ищут? Какой след исследуют? Кто тут чего потерял? Да-с! Да-с!
— Очень интересно! — вздохнула мисс Фауст. — А теперь можно нам спуститься?
— А мы только спускаться и можем! — крикнул мистер Ноулз. — Тут верх, поняли? Попросите меня подняться, а я скажу — нет, даже для вас — не могу! Да-с! Да-с!
— Так давайте спустимся вниз! — сказала мисс Фауст.
— Погодите, сейчас. Этот джентльмен посетил бывшую лабораторию доктора Хониккера?
— Да, — сказал я. — Вы его знали?
— Ближе меня, — сказал он. — И знаете, что я сказал, когда он умер?
— Нет.
— Я сказал: «Доктор Хониккер не умер».
— Ну?
— Он перешел в другое измерение. Да-с! Да-с!
Ноулз нажал кнопку, и мы поехали вниз.
— А детей Хониккера вы знали?
— Ребята — бешеные щенята! — сказал он. — Да-с! Да-с!
29. Ушли, но не забыты
29. Ушли, но не забыты
Еще одно мне непременно хотелось сделать в Илиуме. Я хотел сфотографировать могилу старика. Я зашел к себе в номер, увидал, что Сандра ушла, взял фотоаппарат и вызвал такси.
Сыпала снежная крупа, серая, въедливая. Я подумал, что могилка старика, засыпанная снежной крупой, хорошо выйдет на фотографии и, пожалуй, даже пригодится для обложки моей книги