— Слива, тебе надо скинуть автомат, – ору во всё горло и засовываю свой нож в один из карманов с магазинами.

Слива начинает извиваться, как уж на сковородке, взад, вперёд, ещё раз туда-сюда, есть! – ствол калаша освобождается, и я вижу, как он соскальзывает со спины Сливы и, спустя пару секунд, падает точно под колёса. Хрясь, колёса переехали автомат, даже не заметив, он, как какая-то пружина отлетел в сторону и улетел куда-то в траву, или чего там было.

— На «три!», Саня! – орёт мне на ухо Туман.

Раз, два, три – рывок, мы с Туманом дёрнули Сливу изо всех сил, есть, вытянули! С трудом уместившись на площадке, мы вцепились друг в друга и пару минут просто переводили дыхание.

Мои руки и ноги дрожат от сильнейшего напряжения, спустя ещё пару минут стало отпускать. Тут на этой площадке вообще места нет, но мы умудряемся сидеть на ней втроём и ещё поддерживать друг друга.

— Куда дальше? – немного переведя дыхание, спрашиваю у Тумана.

Ехать тут всю дорогу мне совсем не улыбалось. Адреналин стал уходить, и я снова стал замерзать, да и, судя по ребятам, они тоже мерзнут, ветродуй такой, что просто охреневаешь. Дует слева, справа, снизу, сверху, ещё какая-то гадость периодически летит. Походу, одна из цистерн где-то сифонит, и мелкие капли солярки летят на нас.

— Идём к открытой платформе, – тут же кричит Туман, – на ней спрячемся. Идём поверху, пока ещё темно, успеем перебежать, аккуратней только.

Мы со Сливой только кивнули, уже начинает светать. Я надеюсь, у них тут нет наблюдателей, которые дежурят по краям пассажирских вагонов. Хотя нет, вряд ли, кого им тут бояться.

И вот мы, по железной лестнице, которая приварена сзади цистерны, забираемся наверх. О, тут тоже есть лестница, идущая поверху цистерны, хоть не нужно будет по голой цистерне идти или ползти.

Ещё минут за пятнадцать, мы преодолели все пять оставшихся цистерн. Вот под нами и открытая платформа, там какой-то груз, накрытый брезентом, и тот развевается на ветру.

Спустившись по лестнице, переходим связку вагонов и – хлоп! – мы уже на открытой платформе, раз, ножом делаем дырку в брезенте, и через десять секунд мы уже под ним. Всё, мы на месте. Тут темно, нихрена не видно, но такого ветра нет. Я достаю и включаю маленький фонарик, становится немного светлее. Мы сидим на каких-то ящиках, что в них смотреть пока не будем, надо в себя сначала прийти.

Слива, ни слова не говоря, достаёт откуда-то свою фляжку и открутив пробку, тут же к ней прикладывается, затем протягивает её мне, делаю глоток, хороший такой глоток, ух, Арменовская настойка, протягиваю Туману, тот так же молча пьёт и уже пустую фляжку возвращает Сливе.