За нужным мне столом все места заняты, так что я располагаюсь за спиной одного из игроков, склоняюсь к его плечу и шепчу:

– Добрый вечер, Дмитрий Дмитриевич! Как карта? Масть прет?

Выдержке Димедрола можно позавидовать. Он глубоко затягивается сигарой, а его голова, будто башня танка, медленно разворачивается ко мне. Дим Димыч, опознав, кто его побеспокоил, отворачивается и говорит, смотря на карты на флопе:

– Забыл, как там тебя… Генкин кореш? Тот, что за него долг отдал?

– Он самый.

– Чего хотел?

– Ничего, полковник Шмелев.

– Генерал Шмелев, – дыша перегаром, поправляет Дим Димыч. – После сегодняшних событий дали внеочередное звание. И можешь меня поздравить… Да что такое! Опять «светофор»! – он в сердцах бросает карты, и те скользят по сукну к крупье.

– С чем поздравить?

– Ты говоришь с начальником полиции города, э…, как там тебя?

Произошло то, чего я боялся. Вместо одних уродов на вершину власти поднялись другие, и не факт, что лучше. Точно, не факт. Но я сохраняю подобострастную улыбку, чтобы завершить задуманное.

– Филипп. Я вас от всей души поздравляю, – протягиваю ему руку, и он нехотя ее жмет. – Ведь вы – первый порядочный начальник полиции в городе, Дим Димыч!

Его ладонь замирает в моей, он хватается за сердце, багровеет и издает неясный стон. Кто-то сзади хватает меня за руки и оттаскивает. Обернувшись, вижу подручных Шмелева – наркоманов Шипу и Лучка.

– Что за фигня с шефом?

– Нормально с ним все, сами смотрите, – показываю им на Димедрола, который жадно пьет из поднесенного стакана с водой. – Здорово, мужики! А я вас помню! Ты – Шипа, а ты – Лучок, да? Отпустите!

Под моей командной аурой они убирают руки. Панибратски хлопаю их по плечам, активируя принудительное раскаяние.

Лучок подозрительно щурит глаза, но Шипу уже проняло. Он вдыхает воздуха, чтобы заорать, и, не дожидаясь его крика, я быстро отхожу от них и занимаю свободное место за одним из столиков. Как раз такое, чтобы ничего не пропустить.

В случае с Шипой раскаяние срабатывает как-то не так, как я ожидал. Он выхватывает припрятанный в кожаной куртке нож и, какой-то ломаной походкой добравшись до шефа, с диким криком, остервенело вонзает его тому в спину. Дим Димыч удивленно оборачивается, и тогда Шипа переносит удары на его грудь. Кровь хлещет фонтаном, тело генерала опрокидывается, но наркоман продолжает линчевание.

Люди, сидящие за тем столом, сначала недоумевают, а потом, поняв, что происходит, с криками вскакивают и начинают разбегаться. В разрастающемся хаосе никто не замечает, как Лучок достает пистолет, подносит его к сердцу и жмет на спусковой крючок.