— А киборгов поэтому называют неживыми?

Женька, вздрогнув, уставился на Джека, но тот продолжал сидеть с абсолютно невозмутимым лицом — обычный генератор вопросов на заданную тему.

— Я тебя так вроде не называл.

— Я просто систематизирую данные, накопленные программой самообучения.

Лесник растерянно почесал макушку.

— Ну… не знаю. Может, и поэтому.

— А какие еще варианты?

«Потому что ты просто неживой. По умолчанию. И оживляет тебя только профессионально написанная программа и мое воображение».

— Говорю же — не знаю! — грубовато огрызнулся Женька. — Пристал со своими вариантами… То дружбу ему надиктуй, то это… Живой бы сам все понял!

Джек оценивающе посмотрел на хозяина и, ничего не ответив, снова уставился в огонь. Повисла неловкая, тревожная пауза, словно киборг тоже предпочел умолчать о чем-то крайне важном. Или вот-вот скажет.

Гнетущая тишина затянулась на добрых четверть часа. Потом киборг порывисто развернулся к напрягшемуся хозяину и, с надеждой заглянув ему в лицо, предложил:

— Жень, а давай тандыр купим!

— Чего-о-о?!

— Тандыр, — охотно повторил Джек, — такой огромный горшок из глины, в нем на углях готовить можно.

— Зачем?!

— Ну, тебе же это так нравится! — указующе кивнул киборг.

Женька перевел взгляд на свой почерневший, коптящий хлеб и со сдавленным возгласом кинул его в костер вместе с палочкой.

— Давай лучше тебя продадим! — поддразнил он Джека, радуясь, что предыдущая тема рассосалась сама собой и без всяких последствий. — В какой-нибудь ресторан… в смысле на кухню… я имею в виду, поварам помогать! А?

— Не лучше, — чем-то категорически не устроил киборга даже финальный вариант.