Вспышка. Грохот. Протуберанец голубого огня с оттяжкой хлестнул по щиту Хикару и тот лопнул, как перезрелая слива. Брызнули искры, заорал Эйдзоку, которого подняло в воздух и швырнуло в дальний конец шатра. Запахло горелым. Воздух налился удушливой тяжестью, свернулся в клубок и молотом опустился на Рича. Защитная стена, поставленная дипломатом, прогнулась, замигала и исчезла.

Хикару подняла руки и выкрикнула что-то непонятное. Ее тонкая фигурка исчезла в сполохах ледяного пламени, а в следующий миг Великая Мать метнула в Ли Нобу трещащее от распирающей его силы заклятье. Визуально это выглядело как сноп кристаллических игл, вылетевших из ладоней Хозяйки Белой горы и ударивших в висящую в воздухе девочку.

Куда там! Бушующая вокруг сила отразила направленное в центр своего естества заклинание легко и небрежно как разбушевавшийся выпивоха, отмахнувшийся от назойливой мухи. И не просто отразила – часть сияющих иголок, завизжав от внезапно влитой в них новой силы, развернулась и полетела обратно в Хикару.

Она выдержала атаку. Но Жао видел чего ей это стоило: из ноздрей старой женщины брызнула кровь; ее бросило на пол и придавило невидимым прессом, расплющивающим сложные колдовские завитки очередного заклинания, дробящим кости, выжигающим легкие, а главное – полностью блокирующим внешний приток эфира, тем самым превращая самую могущественную колдунью Заоблачной Империи в ветхую сломанную куклу.

Рич взревел медведем-шатуном, выкрикнул формулу и запустил в девчонку нечто напоминающее широкую огненную ленту. Лучше бы он этого не делал: заклятье обогнуло Ли Нобу по широкой дуге, «проглотило» энергетический заряд Дикой Силы и распавшись на несколько «лент» побольше рванулось к Ричу.

Его спас инстинкт – в последний момент дипломат понял, что такой удар ему не отразить и просто-напросто отпрыгнул в сторону. На том месте, где он только что стоял, расплескалась лужа горячего стекла; что-то глухо хлопнуло, завоняло палеными тряпками.

Шатер еще стоял, но на его стенах начали появляться несимметричной формы подпалины. Сизый дым ел глаза, драл горло, не давал дышать. Каркас из дерева и веревок уже не выдерживал, и становилось понято, что еще чуть-чуть и вспыхнувший купол накроет всю почетную делегацию пылающим занавесом.

Что гораздо хуже – начала трястись земля. Это не было похоже на простое землетрясение пару-тройку которых пришлось пережить Жао; мощые низкочастотные вибрации исходили, казалось, от всего вообще, словно окружающий мир превратился в какой-то сумасшедший колокол. И это странное биение, отдававшееся глухой болью где-то в самом центре человеческого естества, понемногу раскалывало реальность на части.