— Доверяю ли я гномам? Если речь про «гномов вообще», то да. Более того: я доверяю им больше, чем людям.
— Почему?
— Предсказуемость. Помнишь, что говорил Гортун насчёт их консерватизма? Ну вот. Пока я — мы — приносим пользу, доставляя ресурсы с Поверхности, гномья законопослушность и желание выгоды не дадут им нас обмануть. Просто потому, что честность выгоднее.
— Это про «гномов вообще», — заметила алурина. — Но ведь всё не так просто… и ведь ты даже снимал маску! Зачем?
— О. Смотришь в суть.
Мийол взял небольшую паузу.
— Гортун явно не из рядовых гномов. Патриот и прогрессист… ха! Скорее всего, это правда — если у него не нашлось специфического средства для обмана либо обхода моего чутья, тоже довольно специфического, чтобы не сказать больше. Но это явно не вся правда. Кстати. Шак, Рикс — а попробуйте-ка вспомнить о нём что-нибудь весомое. Например: чем и с кем он торгует? Каков его гражданский статус? Да хотя бы самое простое: он Воин или Ремесленник?
Молчание.
— Скользкий тип, — подытожил маг. — И сейчас я вам подброшу ещё кусочков мозаики. Для начала: та дверь, что меняла цвета — это даже вовсе не дверь.
— А что тогда?
— Это, ученица, была плотная иллюзия на проходе в пространственную лакуну. А создание лакун даже в своём базовом виде — магия пятого уровня. Ты могла видеть подобное раньше разве что в исполнении Сираму: ваше Око Лагора устроила себе маленькое персональное царство льда при помощи похожей пространственной магии. Заметила, насколько оскудел поток Природной Силы, пока мы сидели в зелёном?
— Н-нет.
— Такие вещи нужно отслеживать. Потому что слабый фон… а впрочем, попробуй сказать сама, что происходит в слабом фоне.
— Уменьшается скорость восстановления сил. И праны, и маны, — сказала она уверенно. — В таком месте можно творить магию, но… заклинания постоянного действия становятся слишком тяжелы… а призыв, — Шак нахмурилась, — это заклинание тоже тянет ману непрерывно! И… кратно сложнее использовать
— Верно. Скажу больше: скорее всего, в зелёном тебе не удалось бы уйти в
— Но ты не отменял призыв, — неожиданно вклинился Рикс. — Мы сидели, ели и потом ещё трепались битых три часа, если не все четыре — и всё это время ты…