Вопреки ожиданиям боевого мага, конечность пилотируемого голема не развалилась на мелкие ражвые и изъеденные коррозией осколки Видимо его навыки в некромантии оказались недостаточными, чтобы избавить созданные чары от паразитных потерь энергии и в итоге большая часть собранной силы оказалась потрачена впустую. Однако, двух попаданий хватило, чтобы машину как следует тряхнуло и сноп картечи отправился мимо Доброславы, впустую поразив стену здания на противоположенной стороне улицы. Дожидаться второго выстрела оборотень не стала, спрыгнув на землю и роняя капли крови со своих когтей. Вряд ли она смогла нанести укрытому слоями брони смертельную рану, ведь тот продолжал дергаться и даже попытался было подняться, но слегка запоздалый удар киркой со стороны последнего противника пришелся аккурат на опустевшие плечи и окончательно повалил машину.

– Драпа-а-ай! – До сего момента Олег не знал, что он так орать умеет. Причиной же ушедшего едва ли не в ультразвук крика стало щекочушее ощущение, разлившееся по всей поверхности нанесенного на шею клейма-татуировки. Это еще не было срабатыванием – иначе бы он либо испытал жуткую боль, либо голова голову снесло бы с плеч и чародей увидел свое фонтанирующее кровью телу со стороны. Однако магия, заключенная в рисунке, начинала пробуждаться, откликаясь на какие-то расходящиеся по городу эманации.

Увидеть, последовала ли Доброслава его совету или решила дальше дратьтся с англичанами Олег уже не успел, поскольку развернулся и как ветер понесся дальше по улице, снизив свой вес при помощи левитационной пластины почти до нуля, но быстро-быстро перебирая ногами. Как показала практика, в таком режиме получалось двигаться даже быстрее, чем при полноценном полете. От площади его отделяли буквально считанные десятки метров, а потому чародей выжимал из своих мышц все возможное и невозможное, не обращая внимание на хруст суставов и рвущиеся связки. С каждым мгновением в шее его нарастала пульсация, то ли светлейший князь включил в свои чары нечто вроде функции обратного отсчета, то ли накрывающее солидную область действия заклятие никак не могло набрать силы для срабатывания. Ощущая примерно то же самое, что и уложенный на плаху смертник в то время пока палач неторопливо замахивается топором, он завернул за угол и выскочил на площадь, расположенную у дворца губернатора. А после немедленно врезался в кого-то большого и твердого, но тем не менее сшиб его, пусть и после покатившись по земле, но при этом продолжая двигаться примерно в том же самом направлении. И он успел пересечь некую невидимую границу, отделяющую живых магов-контрактников от мертвых. Чародей понял это совершенно точно, чувствуя, как затухает расположенная на шее печать.