Остальное я договорил за него сам, сказав, что никогда словом не обмолвлюсь, где я был и что видел. И пусть он на этот счет совершенно не беспокоится. Затем я добавил, что тоже отлично помню добро и найду способ отблагодарить.

После этого я сидел, смотрел на приближающийся корабль и слушал его рассказ о том, как трудно было здесь в первые годы, пока все не устроилось. Прибыли они на пустынное место, построили несколько домишек. Затем развели огороды, распахали под рожь поле, отвоевав землю у джунглей. И если бы не дойнты, так вообще все было бы замечательно.

Я слушал его, поддакивал, сам же думал о том, что все познается в сравнении. Вы живете на берегу ласкового теплого моря, которое само по себе является бескрайним источником пропитания. Вокруг вас замечательный лес, в котором даже я по дороге сюда легко добывал себе пищу.

В моем мире есть страна, где по полгода стоят морозы, где рождаются пословицы, что день год кормит. Я и сам оттуда. Слушая тебя, мне вспоминается: есть было нечего и приходилось намазывать масло на колбасу. Извини.

Когда корабль подошел ближе, можно было разглядеть на нем две мачты, вооруженные косыми парусами. Пушки на борту, конечно, присутствовали тоже, куда без них. Корабль пришвартовался к заново отстроенному причалу, и на берег сошли пассажиры, восемь женщин и шесть мужчин. Мужчины были самыми разными, а вот все женщины оказались чем-то похожи. Прежде всего возрастом — ни одна из них не выглядела старше тридцати. И еще поведением, типичным для представительниц самой древней профессии.

Ничего удивительного в этом не было, помнится, что Испания вначале заселяла основанные в Новом Свете колонии солдатами и жрицами любви, очищая от них портовые города. Правда, там это делалось принудительно, здесь же они добровольно получали возможность начать жизнь с чистого листа.

К сошедшим на берег пассажирам подошел помощник Грюста, коротко переговорил с ними и повел за собой. Я не удивился, заметив, что некоторые из прибывших людей шли парами, за долгое плавание им хватило времени понять, что вдвоем начинать новую жизнь будет значительно проще.

Затем на берег сошел капитан и направился к Грюсту, стоявшему рядом со мной. Был он молод, усат и слегка подпрыгивал при ходьбе. Шпаги у него на боку не оказалось, но имелся узкий и длинный клинок. Несмотря на молодость, выглядел он опытным моряком, знающим, что такое шторм и долгие недели полного безветрия, когда все труднее удерживать экипаж в повиновении. Да и с пиратами, похоже, ему приходилось сталкиваться не раз. Но было в нем еще что-то неуловимое, непонятное разуму…