Соломон повел своих бойцов внутрь «Гордости Ориакса». Пока двое из них прикрывали собратьев, остальные, грохоча сабатонами, обогнули штурмкатер и поднялись по носовой рампе. Рядом с закрывающимся люком в корпус машины врезались плохо сфокусированные лучи лазеров и маленькие шипящие ракеты. Одна детонировала внутри. Последовал всполох, засвистела струя огнетушащего состава. Затем дверь-аппарель захлопнулась, работающие в режиме отрыва турбины извергли потоки бело-голубого пламени и подняли «Громовой ястреб» над палубой. Перемещаясь тупой кормой вперед, десантный корабль с электрическим треском прошел сквозь примитивное поле целостности в пустоту, где развернулся, запустил все двигатели и ринулся прочь от флагмана зеленокожих.

Орки немного отступили — теперь они метко палили по космодесантникам из дверных проходов и с галереи. Энергоразряд лазпушки впился в крышу «Эгиды Альказара», и оттуда хлынул дождь расплавленного керамита, а из самого транспорта донесся вой тревожной сирены. Еще один из Кулаков Образцовых рухнул с глубокой дымящейся дырой в лице. Остальные, стоически выдерживая ураган пуль и микроракет, спокойно вели ответный огонь.

— Уходим! — распорядился первый капитан.

Его бойцы, разбив строй, затопали вверх по передней рампе. Последним на борт взошел сам Церберин — он продолжал стрелять по чужакам, пока аппарель не перекрыла ему обзор. Воины расселись по местам и закрепили фиксаторы. Протиснувшись мимо них, офицер прошел в кормовой отсек, откуда поднялся в кабину. Одразар и второй пилот сидели в перемежающемся блеске дульных вспышек: за остеклением по-прежнему громыхали тяжелые болтеры, которые разносили на куски орков, дерзнувших сунуться в ангар.

— Капитан, — поприветствовал его Одразар.

— Брат, — отозвался Церберин. — Пора улетать.

«Эгида Альказара» словно бы встала на дыбы. Рев ее турбин заглушил треск и грохот странного оружия зеленокожих. «Громовой ястреб», все так же обращенный носом в отсек, преодолел поле целостности. Снаружи он развернулся, двигаясь вдоль корпуса вражеского звездолета. Многочисленные турели сразу же открыли огонь по штурмкатеру, так что Одразару пришлось уклоняться от потоков энергии и снарядов.

Все происходило в тишине: вакуум поглощал любые шумы. Орочий корабль изрыгал свою ярость безгласно. В кабине звучали только рокот моторов и перешептывание работающих устройств.

Заложив разворот с креном, пилот вывел двигатели на полную мощность. Вскоре космолет ксеносов остался позади, и перед Церберином возник Мир Буррока с мраморными облаками и морями, затянутыми грязно-черным дымом глобального пожара. Еще одна захолустная планета, осажденная зеленокожими. Небесное тело почти не имело стратегической ценности для обеих рас, но первый капитан охотно сражался с орками, где бы они ни находились. Помимо битвы, рота получила возможность пополнить запасы, однако Кулак Образцовый думал об этом лишь во вторую очередь. Он хотел только убивать чужаков.