Оставшиеся в живых солдаты кинулись к арсеналу, где я их и встретил метким огнем. Через пять минут непрерывной стрельбы желающие завладеть оружием закончились. Все подходы к арсеналу оказались завалены телами.

Защитники, дежурившие на стенах, стали получать противоречивые приказы, а потом я вырубил установку защитного поля. Попутно прикончив и всех инженеров, следивших за её работой, а так же повредил энергетическую установку, от чего по всей базе начались проблемы с питанием.

После того как основное защитное поле спало, началась яростная перестрелка. Только и ждавшие этого момента войска начали своё наступление. Я, как мог, стал помогать им, выводя из строя снайперов и операторов скорострельных орудий. Очень скоро мы уже штурмовали вход в базу. С десяток плазменных гранат создали широкий проход, в который сейчас и вбегали войска.

Оставив своё снайперской гнездо и выхватив верные пистолеты, побежал со всеми. Мне нужно было успеть перехватить членов семьи Нод, прежде чем их убьют разошедшиеся не на шутку солдаты.

Имея точный план крепости и точную информацию по местонахождению Нодов, я приступил к завершающей части свой миссии.

Прокладывая себе путь выстрелами из пистолетов, я очень быстро оказался возле своей первой цели.

Довольно молодой по меркам Эльдаров и самый нервный из делегации Нод попался мне возле очередной баррикады, ведущей в покои семьи. Где, в сущности, и собрались все мои цели.

— Лорд Рэд, к чему эта бессмысленная бойня? Вы все равно не сможете убить нас навсегда. Зачем же нужно было все так обострять и тратить так много ресурсов на эту войну? — закричал он мне из своего укрытия, причем не забывая отстреливаться.

— Почему же бессмысленно? Мне кажется все в Империи вынесут урок из судьбы вашей семьи и дважды подумают, прежде чем выступить против меня, — возразил я, убивая четверых солдат за баррикадой.

— Если бы мы знали, что вы вернулись, то никогда не решились бы на такое, — с горечью раскаяния ответил он.

— Предполагать и знать точно — разные вещи. Теперь все благородные роды будут точно знать, что их будет ждать, пойди они против тех, кто мне дорог, — жестоко припечатал я.

— Эта вражда может продлиться столетия и не принести блага ни одной из сторон, — продолжал уговаривать меня он. Похоже, в этой семье он был самым разумным.

— Можешь не беспокоиться об этом. Наша вражда закончится здесь, — заверил я его и, выйдя из укрытия, перебил оставшихся защитников, оставив в живых только его.

Понимая, что остался в живых только по моей воле, он выбросил оружие и вышел мне на встречу.