— Эх, Леша, — махнул я рукой, — ты себе пока еще не слишком четко представляешь уровень шпионажа, как военного, так и промышленного! Ты здесь все-таки меньше года, а я почти четыре отпахал! Детский сад тут! Пару недель назад какие-то умники особливо хитрый заход сделали — казачков моих, дружинников, тех самых, что в испытаниях участие принимали, подпоили и шантажом пытались через них «Суперединорог» добыть. Как потом мой начальник СБ Лобов выяснил — умники эти нашими злейшими друзьями-немцами оказались!
— У нас же с ними дружба вроде? — усмехнулся Алексей. — День свадьбы цесаревича с Мореттой уже назначен. Ники с Вилли в десны целуются…
— Как видишь — дружба дружбой, а тапочки врозь!
— Так и чем дело-то закончилось, с немцами этими? — заинтересовался Алексей.
— Да продали им второй экземпляр станкача. На этот раз за две штуки фунтов! — усмехнулся я. — Только этими двумя продажами я почти полностью отбил все вложенные в конструирование пулеметов деньги!
— Ну, ты и барыга! — рассмеялся Алексей. — Ладно, шутки шутками, однако через месяц отплытие! Ты про мои последние просьбы не забудешь?
— Леша, ну как можно? Сделаем все, что от нас зависит!
Интерлюдия[235]
Письмо
«Милостивый государь Александр Михайлович!
Спешу обратиться к Вам, ибо мне на днях достоверно стало известно, что на Ваших нижегородских заводах налажено изготовление моторов по типу внутреннего сгорания Отто — самых выдающихся в наше время. Я имел возможность осмотреть автомобиль, изготовленный Вами для великого князя и генерал-адмирала Алексея Александровича. И я до глубины души потрясен и восхищен полученными вами результатами! Без лести должен сказать, что Вы, на мой взгляд, несомненно, самый выдающийся инженер России! И даже, что весьма вероятно, во всей Европе нет никого, кто мог бы сравниться с Вами! Менее трех фунтов веса машины на мощность в одну лошадиную силу! И при столь малых размерах всей конструкции! Это просто фантастическое достижение! Поверьте, я знаю, что говорю: в настоящее время мной спроектирован и окончен постройкой бензиновый двигатель мощностью в восемьдесят лошадиных сил, вес всех частей которого на одну лошадиную силу составляет около девяти фунтов, и до сих пор я считал, что никто во всем мире не подошел и близко к такому[237].
Вы гений, Александр Михайлович! Гений, хотя этого пока еще никто не понимает! Я вынужден это написать, невзирая на то, что Вы превзошли меня, опередив в тех начинаниях, которым я отдал много лет своей жизни. Хотя мне и горько это писать, но это правда.